Вторник, 16.08.2022, 04:58
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Форум » Чердачок » Жемчужины » Воробьятник (цитатник)
Воробьятник
LitaДата: Четверг, 01.09.2011, 08:28 | Сообщение # 1
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline





Всегда рядом.
 
LitaДата: Вторник, 22.07.2014, 08:50 | Сообщение # 136
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline
"Попытки записать мечту без критического осмысления - материальными буквами на материальном мониторе или ещё более материальной бумаге - заведомо ведут к появлению вещи, как минимум, глупой. А максимум - гнусной. "Хижина, а в ней - скелет", как она есть. Без критического осмысления - самовыражение, то самое личное Я, до которого никому нет дела, слив необоснованных амбиций, физических желаний, возбуждающих воображение картинок..."

Ради чего же?
Ради единственного, стоящего усилий, нервов, одиноких слёз, валерьянки литрами, депрессий, изматывающего труда. Ради самой книги.

Если подумать, это очень логично.
Кто у нас - лучший родитель? Тот, кто рожает "для себя"? Тот, кто "приносит на алтарь человечества"? Или тот, кто любит ребёнка ради самого ребёнка?
Ведь именно в последнем случае воспитывается настоящий человек. И рождается настоящая книга. Живая.
Когда она сама собой возникает внутри. Когда она формируется, ещё не облечённая в слова. Когда думаешь исключительно о ней - не о собственном удовольствии и не о будущей славе. Когда вообще ничто, кроме качества текста, не имеет значения. Когда отказываешься от амбиций, от притязаний на славу, на деньги, на признание, на понимание даже - ради книги. Когда понимаешь, что - вот этот сюжетный ход, предположим, изрядная часть читателей не одобрит, а этот герой - сплошной общественный вызов - но изменить ничего нельзя, потому что выйдет вивисекция".

"По моему глубокому убеждению, в оценке отношений "писатель-книга" ближе всего к истине подошла Марина Цветаева. Книга создаёт себя с помощью писателя. Писатель - приложение к собственным книгам, инструмент для их создания. От себя: писатель - жалкое смертное тело, потенциально способствующее созданию бессмертного совершенства. Писатель - странное существо, почти божество, потенциально способное породить Слово, неподвластное времени".

"Я понимаю, как в этом свете выглядят мои собственные жалкие способности. Чувствую себя, как Ахмат из чудесной повести Васильева: "Его ум - гора, мой ум - песчинка. Его душа - небо, моя душа - запылённое окошко". Единственное, что можно сделать в таком случае - "из сил и из всех сухожилий", пытаться работать на пределе возможностей, смиренным учеником и преданным жрецом этих божеств. Опыт множества поколений подсказывает, что это - единственный способ избежать, если не закономерного забвения, то, по крайней мере, мучительного стыда за написанное.
Я сделал всё, что мог. И как смог. И - не так, разумеется, хорошо, как хотелось. И каждый раз, заканчивая новую книгу, боюсь до смертного холода, что она - последняя, что я больше не смогу. И каждый раз, начиная новую, боюсь до судорог в пальцах и тоски, что она будет хуже, чем предыдущая. И единственное, чего душа моя страстно жаждет - это жизни для книги".

"Есть у меня и ещё одна крамольная мысль.
Имя писателя для Вечности - тоже штука неважная. Важны Мир и Герой. Современный подросток, к примеру, может, и не вспомнит, чьи Д`Артаньян и Шерлок Холмс, Гекльберри Финн и Оливер Твист, но они сами - перед глазами и на слуху. Этакие вечные спутники и друзья, более живые, чем многие люди, рождённые от отца с матерью, а не от странного союза человека со Словом. Вот что кажется мне самым истинным даром и самой дорогой наградой!
Именно поэтому - книге нужны читатели.
Это читатели оживляют население белых страниц с чёрными знаками - своей любовью и ненавистью, жаром своей веры. Это их коллективная мысль творит чудеса, меняя порой ход истории. К вопросу о "писании для себя" - ещё раз зачем, если у героев при таком раскладе полностью теряется и так мизерный шанс стать живой частицей мира? Творить потенциально живое - и ради собственного самолюбия оставлять его пыльной кипой в ящике стола? Не давать дышать собственному созданию?
Писатель вдыхает душу, но читатели - жизнь.
Разумеется, любой писатель - если частица души ушла в книгу - чувствует страх и боль, отпуская книгу в свет. Ревность - то ли детскую, то ли слишком взрослую. Это - моё! Это - мой мир, мои персонажи! Не смейте трогать!
Только здоровый писательский инстинкт подсказывает - НАДО, чтобы трогали. Живому - если книга живая - нужна настоящая почва, свежий ветер, жара и холод, сильные чувства. Отпусти, впусти, позволь войти другим, позволь им осмотреться в новом мире и сделать вывод.
Худшее, что может случиться с книгой - забвение сразу после появления на свет. Всё остальное - ВСЁ - сплетни, скандалы, ужасы, кошмары, редактор, пираты, читатели любого уровня образования и понятливости, пересуды, салонный трёп, запреты и разрешения, цензура и её снятие - благо.
Благо - всё, кроме смерти.
Просто не стоит забывать:
...Его преследуют хулы:
Он ловит звуки одобренья
Не в сладком ропоте хвалы,
А в диких криках озлобленья... <"

Макс Далин "Не играй в мои игрушки!"



Всегда рядом.
 
LitaДата: Понедельник, 18.08.2014, 19:29 | Сообщение # 137
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline
"Мы боимся не смерти, а того, что никто не заметит нашего исчезновения"
"Bones", 6 s.



Всегда рядом.
 
Ротгар_ВьяшьсуДата: Среда, 20.08.2014, 03:05 | Сообщение # 138
Подполковник
Группа: Верные
Сообщений: 143
Награды: 7
Репутация: 72
Статус: Offline
Lita,
Ириш, с 7000-м комментом! grant drak1 flower1

Искал, что бы в Говорилку поставить, нашлось вот это:

На днях прочитал во френдленте пост про какую-то психованную тётку, которая пришла в центр обслуживания телефонов и там желала странного, а потом ещё осталась недовольна. Не буду тут пересказывать, я расскажу о своём. Психованные тётки, знаете, и к ювелирам тоже иногда приходят.
Было это, правда, не на днях, а тому назад несколько месяцев. К нам на фабрику явилась немолодая и чрезвычайно безвкусно одетая дама - должно быть, очень богатая, если наш хозяин (сам человек весьма небедный) лично привёл и усадил её рядом с нами. Зачем? А учиться.
-Я,- сказала мадам,- к вам ненадолго. Посмотрю, что и как делается, а дальше сама уже соображу. Думаю, за пару недель всё освою. Дня три в модельном цехе, научусь лепить из воска, потом посижу денёк там, где паяют, а на закрепку камней, думаю, хватит и получаса - это же так просто!
Поскольку разговаривала она не со мной, да никто моего мнения и не спрашивал, я не стал сообщать, что один только начальный курс подготовки ювелиров длится минимум месяцев восемь. И большая часть этого времени уходит только на то, чтобы научиться рассчитывать силы и правильно держать инструмент. Мы же ювелиры, в конце концов! Мы работаем с долями миллиметра, без разработанной мелкой моторики и делать нечего. А закрепщики у нас и вовсе идут за элиту, сидят с микроскопами. Для туристов у нас на фабрике даже имеется свой специальный прикол: им иногда дарят простенькую головоломку из проволоки, ничего особенного, одно колечко, одна палочка, одна скобочка, всё это хитрым образом соединяется и разбирается. А потом вероломно протягивают кусок проволоки и плоскогубцы: не хотите ли, мол, сами такую же свернуть? И показывают, как. Раз, два, три, ухватить-загнуть-повернуть, ухватить-загнуть-повернуть, сложить, вставить, зажать - готово. Двадцать секунд. Туристы ведутся как дети... и если они очень упорные, то ковыряются с этой проволочкой добрых полчаса, причём безрезультатно. Выглядит всё очень просто. Но как-то не ухватывается, не загибается, не складывается. Навыков не хватает. А вы думали, это только в компьютерных игрушках изготовление некоторых предметов доступно только с повышением уровня мастерства? Ну вот не может простой человек с улицы правильно согнуть проволочку. Не может, и всё!
Но как уже говорилось выше, никто моего мнения не спросил, и тётка осталась за нами наблюдать. Само собой, почти весь день она проболтала с моделисткой, и ни о какой работе уже и речи не было. Второй день тоже ушел на разговоры. Мы узнали о ней и её родственниках такие вещи, без знания которых вполне могли бы прожить. Но в частности, кто-то догадался спросить, а зачем она, собственно, так уж хочет выучить ювелирное дело?
-Ой, да мне это совсем не нужно! Я всего одну штучку хочу починить, просто больше никто не берётся. Да вот, сами посмотрите.
Ну, мы и посмотрели...
У тётки имелась драгоценная брошь работы Сальвадора Дали (на минуточку!) - золотой гранат с лопнувшим боком, откуда выглядывают гранатовые же зёрнышки.
-Понимаете,- объяснила нам тётка,- здесь вот, по-моему, чего-то не хватает... Я хотела немножко переделать, чтобы было красивее. Тут вот подогнуть, а тут добавить листик, а ещё сделать из этого не брошку, а кулон - продеть цепочку и носить на шее. Но почему-то все ювелиры отказываются брать такую работу (ну, я думаю!), так что придётся всё делать самой.
К счастью, тётка оказалось не слишком целеустремлённой. На третий день созерцания она заскучала, потом почти неделю не являлась, потом пришла на полдня ещё поболтать, а больше мы её не видели.
Возможно, она купила картину Рембрандта и теперь учится живописи, чтобы подрисовать какие-нибудь цветочки, не знаю. Да и знать не хочу.

Петр Бормор.


Черновики Ротгара

Сообщение отредактировал Ротгар_Вьяшьсу - Среда, 20.08.2014, 03:07
 
LitaДата: Пятница, 05.09.2014, 06:56 | Сообщение # 139
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline
"Все то, что я читала в религиозных текстах мира, оказалось и правдой, и одновременно пародией на правду. Это был и тоннель, и свет, и вожделенное слияние с ним. Но этим вечным реликтовым светом, оказывается, всегда была именно я, хотя забыла, напрочь забыла это. Но это именно я вечно висела посреди бесконечного пространства и времени, отрывая от себя куски и превращаясь на десятилетия в Лену Сквоттер, в Дашу, маму, Кутузова, Позоряна, Наполеона, Блаватскую, Нерона, Жанну д'Арк и просто в мою Жанну, в Ганнибала Барко и в каждого из его слонов. Не я была Леной Сквоттер, просто Лена Сквоттер была какое-то время частью меня. Это я раз за разом выбегала во вселенский чат под новым ником, это я проживала жизнь каждого человека, я была каждой амебой и каждым голубоглазым тритоном, я была каждым живым существом. Я вечно боролась за интересы своей частицы, воюя со своими же частицами, забыв на это время, кто я, потому что именно таким было условие игры. Игры, придуманной мною самой миллиарды лет назад, чтобы прекратить свое самое страшное одиночество во Вселенной и чтобы сделать себя лучше, развивая и поднимая все выше и выше — по частям, по крохотным частям, которые не знают, кто они, но должны догадаться сами. Лена Сквоттер не справилась, не догадалась."
Леонид Каганов "Лена Сквоттер и парагон возмездия"



Всегда рядом.
 
Ротгар_ВьяшьсуДата: Суббота, 06.09.2014, 07:34 | Сообщение # 140
Подполковник
Группа: Верные
Сообщений: 143
Награды: 7
Репутация: 72
Статус: Offline
Начало из второй книги Эртана. Пролог, филлер, книга не о том, но этот кусок на Полёт хочется выставить.

Солнечный диск издевательски застыл в одной точке - чуть ниже зенита. Воздух струился расплавленным оловом, и каждый шаг сквозь это зыбкое марево давался мучительно, словно идти и в самом деле приходилось через жидкий металл. От пыли и духоты першило в горле. Мысли текли вяло и безжизненно, как вода в сточной канаве.
"Полдень, - апатично подумал он, вытирая пот со лба рукавом не по сезону теплой куртки. - Почему здесь всегда полдень?"
Разумеется, полдень здесь был не всегда. До того, как выбраться на пыльный тракт, он долго шел по болотной тропе, на которой было в избытке и воды, и прохлады. Зябкие ночи исправно сменялись туманными серыми днями - вот только не приносили они ни отдыха, ни облегчения. Стоило замешкаться на одном месте, как мутная болотная жижа начинала подбираться к голенищам. Двое (или трое? он потерял счет времени) суток без сна вымотали до предела. Когда туман неожиданно рассеялся под ослепительным полуденным солнцем, а зыбкая топь превратилась в проселочную дорогу, покрытую золотистой пылью, сил не осталось даже на удивление. "Она издевается", - привычно подумал он, проваливаясь в глубокий, без сновидений, сон.
Дорога издевалась, бросая его из жары в холод, из засухи в слякоть, поливая дождем и посыпая снегом. Порой ему казалось, что он больше не в силах выносить эту изнуряющую жару, или дождь, или пронизывающий ледяной ветер, и что следующий шаг станет последним. А потом он делал этот шаг, и еще один, и еще... и только когда ноги в самом деле подкашивались, окружающий пейзаж менялся. В такие мгновения он мог бы быть почти счастлив, если бы не был так измучен.
Но в последнее время все шло как-то не так. Он уже дважды падал - и мгновенно отключался, зарывшись носом в пыльную придорожную траву, а когда приходил в себя, над ним снова безжалостно палило полуденное солнце, и желтая лента дороги убегала к горизонту.
"Бесконечный цикл" - эти слова всплыли из глубины подсознания, как эхо прошлой жизни. К сожалению, подсознание не позаботилось о том, чтобы расшифровать их смысл. Неопределенность угнетала сильнее, чем жара или холод. Он был уверен в выбранном направлении, но не имел ни малейшего представления о том, куда идет и когда этот путь закончится. А главное - он чувствовал себя чужим. Дорога не принимала его, и c каждым шагом он вынужден был снова и снова доказывать, что имеет право здесь находиться.
От усталости перед глазами плыли пятна, и странный столб на обочине он тоже поначалу принял за обман зрения. Но чем ближе подходил, тем больше убеждался в его реальности, и реальность эта была жутковатой: на столбе висел человек. Женщина. Повинуясь безотчетному порыву, он перешел на бег и вскоре добрался до омерзительного сооружения.
Руки девушки были привязаны к короткой перекладине над головой. Босые ноги стояли на земле, но уже не служили опорой: девушка была без сознания. Кисти болезненно посинели, на стертых запястьях засохли кровавые струпья - вероятно, она провела здесь не один час.
Он подергал веревки - примотано на совесть, пальцами не развяжешь. В карманах, разумеется, не нашлось ничего похожего на нож: в одном пусто, в другом и вовсе дыра. После недолгих поисков он подобрал с земли камень и принялся методично пилить веревку. Дело продвигалось медленно. Тяжелая кожаная куртка полетела в пыль почти в самом начале - она мешала поднять руки, да и спина под ней моментально взмокла от напряжения. Несколько раз приходилось прерываться, чтобы размять онемевшие пальцы. Наконец, жесткая пенька поддалась. Последние волокна он нетерпеливо разорвал руками - камень затупился окончательно, - подхватил обмякшее тело и аккуратно положил на траву.
Простое бежевое платье, до того висевшее мешком, обтянуло лежащую фигурку, четко обозначив небольшой, но уже отчетливо выпирающий круглый живот.
"Сволочи", - шепотом выругался он.
Поверхностный осмотр показал, что кроме многочисленных кровоподтеков, ссадин и синяков, видимых повреждений нет. Что делать дальше, было непонятно. Взять девушку с собой? Но куда? Он ведь и сам не знает, куда идет и что ждет его за следующим поворотом, - не самый надежный спутник для беременной женщины, да еще и в таком состоянии. Но оставлять ее здесь тоже нельзя.
Чтобы не чувствовать себя совсем уж беспомощным, он принялся бережно массировать заледеневшие пальцы, с облегчением наблюдая, как к ним возвращается краска. Когда он взялся за вторую руку, девушка едва слышно застонала.
- Пить...
- У меня нет, - виновато пробормотал он. От жажды и долгого молчания его голос звучал почти так же хрипло, как и ее. - Куда вас отнести? Я здесь ничего не знаю.
Девушка, казалось, не расслышала вопроса, и он вернулся к своему занятию. Но через пару минут растрескавшиеся губы снова шевельнулись:
- Пить... Ручей... в лесу.
- Здесь нет леса, кругом поля.
Она слабо взмахнула рукой:
- Там...
Он выпрямился, приставил ладони к глазам, заслоняясь от солнца, прищурился. Действительно, если как следует напрячь зрение, можно было разглядеть на горизонте узкую темно-зеленую полосу. Далеко... черт.
С Дороги сходить нельзя - это было первое и, наверное, единственное правило, которое он четко усвоил. Возврата не будет. Дорога мирится с его упрямством, но предательства не простит.
Девушка пошевелилась. Поморщилась - то ли от боли, то ли от досады на его медлительность.
- Там... ручей. Меня будут искать.
Неожиданно она приподняла опухшие веки - глаза оказались ярко голубыми, совсем не подходящими к ее темным волосам, - с мольбой посмотрела на него:
- Пожалуйста. Я не дойду сама.
Он еще раз кинул взгляд на лес, оценивая расстояние, потом подхватил девушку на руки. Обезвоженное тело было легким, как у ребенка - в нормальном состоянии ему бы не составило труда нести ее, но сейчас силы были на исходе.
- Держите меня за шею, - попросил он, - я боюсь вас уронить.
Но девушка уже снова потеряла сознание.
Он перехватил ее поудобнее и сделал шаг в траву.
Где-то далеко, на самой границе слышимости, раздался звук лопнувшей струны.

* * *

Первым, на что он обратил внимание, придя в себя, было потрескивание дров в костре. Этот уютный звук казался таким неожиданным после всех злоключений, которые неутомимо подсовывала Дорога, что в голове промелькнула шальная мысль: уж не для него ли предназначен этот костер? Впрочем, здравый смысл тут же возразил, что костер для аутодафе никак нельзя назвать "уютно потрескивающим".
Некоторое время он лежал неподвижно, прислушиваясь к ощущениям. Руки и ноги были свободны - что ж, это обнадеживающий знак. Ныла голова - тупо, монотонно, как будто мозгу было тесно в черепной коробке. Под лопатку впивалось что-то твердое и острое - то ли камень, то ли сучок. Саднило правое колено, хотя он совершенно не помнил, где и когда успел им приложиться. Последнее, что осталось в памяти: он все-таки донес девушку до ручья, положил на траву и сам рухнул рядом.
Осторожный взгляд сквозь приподнятые ресницы мало что прояснил, но, по крайней мере, дал некоторое представление о текущей ситуации: ночь, лес, костер, у костра - двое. Девочка лет двенадцати сосредоточенно помешивает в котелке ложкой на длинной деревянной ручке. Отблески пламени играют на светлых волосах, придавая им красноватый оттенок. Юноша напротив - уже не подросток, но еще не мужчина - очевидно, ее брат: тот же вздернутый нос, те же волосы, белые и невесомые, как тополиный пух, те же ясные глаза - разве что чуть менее серьезные. Небольшой ножик в руках у парнишки деловито снует вокруг деревянной фигурки, добавляя ей все новые и новые детали. Кто бы ни были эти двое, на врагов они не похожи.
Он приподнялся на локте. Острая боль стрельнула от виска к виску, но почти сразу затихла, сменившись прежним давящим ощущением, разлитым по всему черепу.
- Где девушка? - вопрос прозвучал резче, чем ему хотелось.
Девчонка метнула быстрый взгляд, чуть заметно улыбнулась, но не оторвалась от своего занятия. Парень отложил в сторону поделку, придвинулся поближе и с искренним участием спросил:
- Как ты себя чувствуешь?
- Где девушка? - повторил он.
Парень недоуменно хлопнул белесыми ресницами:
- Какая девушка?
- Темные волосы. Бежевое платье. Голубые глаза.
- Силь, - пояснила девчонка, продолжая орудовать ложкой в котелке.
- А! Так это ты нашел Сильвару? - обрадовался парень.
- Она не представилась, - хмуро буркнул он. - Что с ней?
- Да нормально все, не переживай. Хотя первые пару дней, конечно, совсем плохо было.
- Пару дней?!! - он рывком сел, не обращая внимания на боль, которая снова пронзила виски. - Сколько времени прошло?
- Что такое время? - парнишка философски пожал плечами. - Везде оно течет по-разному. Там, где Силь сейчас, прошла неделя. Кстати, если ты не в курсе, мы очень далеко от места, где вы с ней встретились. На другой границе сектора. Ты что, ничего не помнишь?
- Нет... - он растерянно помотал головой. - Я думал... Ладно, не важно. А с ребенком все в порядке?
- Ты еще успел и ребенка где-то спасти, герой? - добродушно хохотнул парень. - У тебя что, рейд добрых дел?
- С ее ребенком. Сильвары.
Юноша озадаченно посмотрел на него, потом повернулся к сестре, ища подсказки. Девочка подула на ложку, осторожно пригубила дымящийся отвар и невозмутимо пояснила:
- Силь беременна.
- Вот это новости! - парень возмущенно хлопнул себя по колену. - И почему об этом в курсе все, включая неизвестного героя, но только не я?
- Всему свое время, Рысь. Подержи, пожалуйста, - девочка всучила брату жестяную кружку, местами помятую и закопченную, и принялась аккуратно переливать в нее темную жидкость из котелка. - Через пару месяцев это станет заметно всем.
- А он... ай, горячо!.. он-то откуда знает?
Девчонка ответила не сразу. Отставила в сторону котелок, забрала наполненную до половины кружку, плеснула в нее воды из пузатой походной фляги - и только тогда сказала:
- Он видит иначе. Он же не Странник... Пей, - жестяное донышко легло к нему в ладони. - Не бойся, уже не горячо.
Металлический ободок кружки обжигал губы, язык немедленно защипало от горечи, но в голосе маленькой травницы сквозила такая уверенность, что ему даже в голову не пришло отказаться от лекарства.
- Что не Странник, это заметно, - хмыкнул Рысь, сочувственно наблюдая, как он, морщась, глотает терпкий отвар. - Знаешь, парень, я бы на твоем месте вообще на Дорогу не совался.
- Ты не на моем месте, - огрызнулся он.
- Да ладно, не ершись. Я же не со зла. Видел бы ты себя со стороны - в чем только душа держится. Хочешь, Эль покажет тебе дорогу домой? Она умеет. Хочешь?
- Нет.
- У него нет дома, - просто, как будто между делом, обронила Эль. - Я не смогу помочь.
"Нет дома..." Эти слова царапнули, как рыбья чешуйка - горло. Юная проводница была не права - или, по крайней мере, не совсем права. Но возражать он не стал. Незачем. Всему свое время.
Где-то неподалеку встревоженно заухала сова. С лица Рыся моментально слетело расслабленное добродушное выражение - черты лица как будто заострились, взгляд устремился внутрь. На мгновение почудилось, что на месте юноши сидит большой белый кот с кисточками на острых ушах, но стоило моргнуть - и морок исчез. Шум крыльев затих вдали.
- А ты и вправду рысь, - усмехнулся он. - Рысь-белобрысь.
- Точно, - с удовольствием согласился парнишка, ничуть не удивившись. - Так меня зовут друзья. И куда же ты идешь, такой... глазастый?
Поколебавшись, он махнул рукой:
- Туда.
- Тебе нужно в Темные Миры? - с изменившимся лицом уточнил Рысь. Даже невозмутимая Эль бросила исполненный сочувствия взгляд.
- Темные Миры... - он покатал слова на языке, но внутри ничего не откликнулось. - Я не знаю. Не уверен. Я не помню имен.
- А что ты вообще помнишь?
- Дракона.
- Ты видел живого дракона?!. - изумился Рысь. - Впрочем, от такого странного парня, как ты, всего можно ожидать. Но, знаешь, я не думаю, чтобы наследники дома Га'Эрта свободно разгуливали по территории Темных Домов. Слушай, - он с жаром схватил собеседника за запястье, - не иди туда. Если ты не в курсе, Дорога закольцована. Ты можешь пойти в противоположную сторону, и все равно попадешь туда, куда тебе надо. Пусть это займет больше времени - зато жив останешься. Темные не терпят чужаков. Они и друг друга-то не терпят... Туда даже Странники без крайней нужды не суются. Есть масса куда более приятных способов самоубийства.
- Я не собираюсь умирать.
- Не слушай Рысенка, - вдруг подала голос Эль. - Иди, куда зовет Дорога. А Темные... С ними тебе, конечно, не справиться, но драться не обязательно, правда? Вот, возьми.
Девочка стянула через голову тонкий белый шнурок. Качнулся в воздухе металлический диск, отбрасывая оранжевые блики. Теплые тонкие пальцы коснулись его шеи, надевая медальон.
- Спасибо, - он наклонился к костру, с любопытством разглядывая неожиданный подарок. Похоже на монету: на одной стороне выгравирован незнакомый символ, на другой - восьмиконечная звезда, чем-то напоминающая розу ветров. В неровном свете костра звезда казалась почти живой. - Что это?
- Для кого как, - загадочная улыбка скользнула по губам Эль. - Для тебя - защитный амулет. Он поможет избежать чужого внимания. Если, конечно, ты не станешь сам нарываться на неприятности.
- Элька! Не морочь парню голову! - возмутился брат. - Он же тебе поверит.
- Вот и хорошо, - серьезно кивнула девочка. - Но пусть лучше верит себе. Это надежнее. - Она забрала опустевшую кружку. - А теперь - спи. Тебе нужно отдохнуть перед дорогой.
Он послушно лег на землю (вернее - только сейчас обратил внимание - на чью-то куртку), чувствуя, что его и в самом деле клонит в сон. То ли маленькая травница обладала даром убеждения, то ли (как снова подсказал здравый смысл) в выпитом отваре содержалось снотворное.
- Эй, герой, как тебя звать-то хоть? - неожиданно спохватился парень. - А то ведь Ворон непременно спросит: "Рысь, что ты сделал для человека, который спас жизнь матери моего ребенка?"
Он неохотно приподнял отяжелевшие веки:
- И что?
- А я, - с готовностью продолжил Рысь, - ему отвечу: "Я, Ворон, дал ему ценный совет, но этот человек оказался упрям, как демон, и не послушал меня. Зато я узнал, как его зовут, чтобы ты мог дать его имя своему сыну".
Имя... Странно, но до сих пор он не задавался этим вопросом - вероятно, потому, что всегда находились вопросы более насущные. Однако сейчас ответ всплыл сам собой.
- Ну так что? - нетерпеливо потребовал парнишка. - Как Ворон назовет сына?
- Дана. - Он невольно улыбнулся, глядя, как белесые брови растерянно выстроились домиком. - Это будет девочка.

Середа Светлана
Я не в твоей власти (Эртан-2)


Черновики Ротгара
 
Ротгар_ВьяшьсуДата: Среда, 10.09.2014, 01:21 | Сообщение # 141
Подполковник
Группа: Верные
Сообщений: 143
Награды: 7
Репутация: 72
Статус: Offline
Притворяйтесь,
пока не начнет получаться. Мне нравится эта фраза. Ее можно понимать
двояко: притворяйся, пока не достигнешь успеха, пока все не увидят тебя
таким, каким ты хочешь. Или — притворяйся, пока действительно не
научишься что-то делать. Мне очень нравится эта мысль.

Еще
мне нравится книга Патти Смит Just Kids. Это история о том, как два
друга приехали в Нью-Йорк, чтобы научиться быть художниками. Знаете, как
они это делали? Они вели себя как художники. Мой любимый, ключевой,
сюжет книги — Патти Смит и ее друг Роберт Мэплторп, одевшись как
бродяги, отправились в Вашингтон-Сквер, где всегда много народа. Одна
старушка уставилась на них и сказала мужу: «Сфотографируй их. Думаю, они
художники». «Нет, — он покачал головой, — они просто дети».

Остин Клеон
10 правил эффективного творчества


Черновики Ротгара
 
Ротгар_ВьяшьсуДата: Среда, 10.09.2014, 13:09 | Сообщение # 142
Подполковник
Группа: Верные
Сообщений: 143
Награды: 7
Репутация: 72
Статус: Offline
Обычно Бога антропоморфи... это самое, ну вы поняли, рисуют себе мысленно таким дедушкой, таким седым мажором в галстуке за письменным столом, у которого всё схвачено, всё тикает как по нотам, и значок правящей партии на лацкане, и тут на улице раздаётся рёв харлея, ударом ноги дверь распахивает готишный люцифер, с припудренными детскими прыщиками, и с какими-нибудь подходящими словами начинает рубать непонятно чьею шашкой кожаный Господень диван.

На самом деле, конечно, было всё ровно наоборот.
Этот мир, прелестную нашу природу устроил и катает дедушка-мажор - скучный, серый, с рогами, в хорошем костюме, как академик или Шагал, который уцепился за одну безопасную тему или один приём, с которого голой комбинаторикой можно безбедно кормиться остаток дней, и вот у него - природа. Гармоничная, уравновешенная, хорошо смазанная, вся бегает по своим циклам и нигде не скрежещет. Если ты комар, тебя много и ты быстро умираешь, если слон, у тебя сложная социальная организация, ты живёшь долго и воспитываешь подрастающих слоников, чтобы один из них однажды тебя старенького поднял на бивни. Всё эффективно, пищевая цепочка работает, как часы, энергия преобразуется, довольный Люцифер складывает руки поверх брюшка, любовно прислушивается к тиканью замкнутых циклов и думает, не пора ли нанять журналиста для мемуаров.

Поскольку у дьявола нет воображения, ему не приходит в голову, что комар может осмотреться и вдруг решить головой, что ему не хочется умирать, и надо, наверное, поговорить с другими комарами и как-то эту комариную жизнь сделать в принципе подольше и получше. Или что молодой слон, когда ему придёт пора поднять на бивни старого, вдруг сядет на попу и решит, что так поступать нехорошо. Дьявол, как я уже сказала, - это осторожная посредственность без воображения. Поэтому он сидит спокойно и кушает свой кофе.

И вдруг. Да-да, именно.
Рёв харлея. Пинок в дверь. Врывается лохматый и говорит: "Свобода воли".
И начинается такая дискотека, что только успевай уворачиваться от стремительных домкратов.


Черновики Ротгара
 
Ротгар_ВьяшьсуДата: Пятница, 03.10.2014, 22:10 | Сообщение # 143
Подполковник
Группа: Верные
Сообщений: 143
Награды: 7
Репутация: 72
Статус: Offline
Справедливость извечно была предметом споров, а сила всегда очевидна. И поэтому гораздо легче сделать, увидеть или назвать Сильное — справедливым, чем Справедливое — сильным.

© Братья Вайнеры "Лекарство против страха"


Черновики Ротгара
 
LitaДата: Понедельник, 13.10.2014, 06:40 | Сообщение # 144
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline
"— А дед говорил, что люди жертвовали ради других, потому что любили… И что они совершали подвиг.
— Так дедушка тебе о другом говорил. Наверное, он рассказывал о тех, кто воевал. А вот, если ты любишь кого-то, то ты будешь беречь себя ради этого человека.
— И не жертвовать?
Бабушка задумалась.
— Если тот, кто любит, требует жертвы, то это не любовь. Тот, кто любит, будет беречь сам того, кого любит и будет просить его поберечь себя…"
Илинар "Бабушкины сказки"



Всегда рядом.
 
Ротгар_ВьяшьсуДата: Пятница, 24.10.2014, 16:10 | Сообщение # 145
Подполковник
Группа: Верные
Сообщений: 143
Награды: 7
Репутация: 72
Статус: Offline
Как странно перебирать старые бумаги,
перелистывать страницы, которые жили — и погасли
для тебя, их написавшего. Они дороги и чужды, как
лепестки подаренных увядших цветов, как письма
женщин, в которых ты пробудил непонятность, что
зовется любовью, как выцветшие портреты отошедших
людей. Вот я смотрю на них, и многое в этом старом
удивляет меня новизной. В свете мгновений я
создавал эти слова. Мгновенья всегда единственны.
Они слагались в свою музыку, я был их частью,
когда они звенели. Они отзвенели и навеки унесли с
собой свою тайну. И я другой, мне перестало быть
понятным, что было так ярко-постижимо, когда я был
их созвучной и покорной частью, их соучастником. Я
другой, я один, мне осталось лишь несколько
золотых песчинок из сверкавшего потока времени,
несколько страстных рубинов, и несколько горячих
испанских гвоздик, и несколько красных мировых
роз.
Я живу слишком быстрой жизнью и не знаю
никого, кто так любил бы мгновенья, как я. Я иду,
я иду, я ухожу, я меняю, и изменяюсь сам. Я
отдаюсь мгновенью, и оно мне снова и снова
открывает свежие поляны. И вечно цветут мне новые
цветы.
Я откидываюсь от разума к страсти, я
опрокидываюсь от страстей в разум. Маятник влево,
маятник вправо. На циферблате ночей и дней
неизбежно должно быть движение. Но философия
мгновенья не есть философия земного маятника. Звон
мгновенья — когда его любишь как я — из области
надземных звонов. Я отдаюсь мировому, и Мир входит
в меня. Мне близки и звезды, и волны, и горы. Мне
близки звери и герои. Мне близки красивые и
некрасивые. Я говорю с другом, а сам в это время
далеко от него, за преградой веков, где-то в
древнем Риме, где-то в вечной Индии, где-то в той
стране, чье имя — Майя. Я говорю с врагом, а сам в
то же время тайно люблю его, хотя бы я говорил
самые жесткие слова. О, клянусь, в те мгновенья,
когда я — действительно я, мне близки все, мне
понятно и дорого все. Мне понятны вершины, я на
них всходил, мне понятно низкое, я низко падал,
мне понятно и то, что вне пределов высокого и
низкого. Я знаю полную свободу. Безмерность может
замкнуться в малое. Песчинка может превратиться в
систему звездных миров. И слабыми руками будут
воздвигнуты безмерные зданья во имя Красоты. И
сгорят города, и сгорят леса, а там, где они
шумели и молчали, возникнуть новые шелесты и
шорохи, ласки и улыбки, вечная жизнь.
Я знаю, что есть два бога: бог покоя и бог
движения. Я люблю их обоих. Но я не долго медлю с
первым. Я побыл с ним. Довольно. Я вижу быстрые
блестящие глаза. Магнит моей души! Я слышу свист
ветра. Я слышу пенье струн. Молот близ горнов.
Раскаты мировой музыки. Я отдаюсь мировому. Мне
страшно. Мне сладко. Мир вошел в меня. Прощай, мое
вчера. Скорей к неизвестному Завтра!

Константин Бальмонт. "Из записной книжки"


Черновики Ротгара
 
Ротгар_ВьяшьсуДата: Пятница, 24.10.2014, 20:22 | Сообщение # 146
Подполковник
Группа: Верные
Сообщений: 143
Награды: 7
Репутация: 72
Статус: Offline
Большие мысли никогда не приходят сразу и никогда сразу не понимаются людьми. От непонимания они кажутся скучными.

Николай Внуков "Тот, кто называл себя О. Генри"


Черновики Ротгара
 
LitaДата: Среда, 12.11.2014, 08:19 | Сообщение # 147
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline
«Любовь - это заботливое действие»

«Счастье – это внутреннее солнышко»

«Какой твой самый счастливый день? Сегодняшний»

«Самый главный человек на свете – тот, который перед тобой».

«Старайтесь не победить, а найти истину»

«Соглашаться, а не возражать»

«Нравитесь вы кому-то или нет – неважно. Главное, что люди нравятся вам»

«Плохих людей нет. Есть те, на которых у вас не хватило души»

«Все, к чему я прикасаюсь - расцветает»

«Я в безопасности здесь и всегда»

«Правда двояка. Проверяй ее на себе»

«В любой ситуации жизнь на моей стороне»
Из книги Н. Козлова «Как относиться к себе и к людям, или Практическая Психология на каждый день»



Всегда рядом.
 
LitaДата: Вторник, 09.12.2014, 12:24 | Сообщение # 148
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline
"Но мне кажется, что и в лёгком произведении не должно быть картонных героев. И, наверное, как раз лёгкие произведения писать сложнее всего, потому что ничего страшного и серьёзного не должно случится, но всё равно выглядеть должно убедительно, чтобы при прочтении верилось".
Felice



Всегда рядом.
 
LitaДата: Понедельник, 15.12.2014, 16:07 | Сообщение # 149
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline
"В любом самом мелком, самом незначительном, самом
неприметном нашем поступке уже сказывается весь наш
характер: дурак и входит, и выходит, и садится, и встает
с места, и молчит, и двигается иначе, нежели умный человек".
Ж. ЛАБРЮЙЕР



Всегда рядом.
 
LitaДата: Среда, 17.12.2014, 07:09 | Сообщение # 150
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 9580
Награды: 178
Репутация: 192
Статус: Offline
"Хотя, следует сразу заметить, что лучший способ стать для всех врагом - так или иначе заявить, что в Ваши обязанности не входит оказывать услуги по развлечению вечно скучающих, подкармливанию психологических вампиров и выполнению прочих услуг, которые от Вас хотят получить совершенно чужие Вам люди совершенно безвозмездно, и в лучшем качестве. После этого от Вас очень многие могут отвернуться и невзлюбить. Некоторые люди, чувствуя интуитивно, что если очертят рамки дозволенного, то станут никому нафиг не нужны, позволяют на себе ездить, оправдывая себя тем, что иногда друзьям можно простить многое, даже издёвки, особенно если бьют не сильно, не больно. А если бьют вообще не меня - так это вообще красотища".

"Даже на вежливо заданный вопрос автор не всегда обязан отвечать, тем более, развёрнуто. Потому что может затрагиваться что-то слишком личное, или потому что банально некогда подбирать слова, пытаясь объяснить что-то сложное человеку, не настроенному внимать. Чего писать, в каких объёмах, в какой степени раскрывать - это личная инициатива автора. Писатель пишет и говорит то, что может и хочет, а не то, чего от него хотят и требуют другие. В общем, писательство на заказ возможно, но за такое полагается вознаграждение, и условия оплаты оговариваются отдельно. Если какую-то из сторон эти условия не устраивают, сделка не состоится".

Галина Криптонова "С такими врагами друзья не нужны"



Всегда рядом.
 
Форум » Чердачок » Жемчужины » Воробьятник (цитатник)
Поиск:


Copyright Lita Inc. © 2022
Бесплатный хостинг uCoz