Четверг, 14.12.2017, 03:26
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » ...И прозой » Пёстрые сказки » Сказка Звезд (в соавторстве с Дискордией)
Сказка Звезд
LitaДата: Вторник, 11.11.2014, 07:12 | Сообщение # 1
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8899
Награды: 168
Репутация: 161
Статус: Offline
Сказка Звезд


Посвящается Николаю «Turgay» Лазаренко.
Звезды не гаснут.


Жила в пространстве Звезда... Своей особенной жизнью, не похожей на другие. Или, может, похожей, но только одним: она постоянно скучала. Многие миллионы лет Звезда сияла, отдавая бездонным глубинам космоса частицы света. Других способов убить свое время, кроме как выпускать в вакуум длинные огненные протуберанцы-щупальца и сканировать ими ближайшее пространство в поисках чего-нибудь нового и интересного, она не знала. А времени у нее было – целая вечность, а ведь это долго, когда не знаешь, чем себя занять. И она не заботилась об осторожности, а просто брала все, до чего могла дотянуться.
Однажды в зону притяжения звезды попал древний астероид. Хорошая пища, но она не стала спешить втянуть находку в свою термоядерную топку, а заговорила с космическим странником.
- Где ты был и что видел? – спросила Звезда, и астероид поведал ей о своих приключениях.
Беседовать с ним оказалось очень интересно. Колючий, платиново-иридиевый бродяга по имени Пиб был опытным рассказчиком. Он путешествовал по всем галактикам, многое повидал и красочно описывал влажные газовые облака, скопления ледяных кристаллов, большие и маленькие планеты со шлейфами из разноцветных газов, каменные стрелки комет, таких же бесприютных путешественниц, как и он. Рассказывал о величине и спектрах, о силе излучения ее дальних родственниц. О звездных скоплениях, где квазары, тесно связанные между собой, зависят друг от друга, и даже общаются.
Однажды его чуть не засосало в Черную Дыру. Никто не знает, что происходит в центре Дыр, Пиб тоже не захотел узнавать, боролся изо всех сил и все-таки вырвался в открытый космос. А о своих ощущениях сказал только «бр-р-р…».
Иногда Звезда, слыша его рассказ, фыркала:
- Метеоритный дождь? Он совсем не такой! Никаких «вспышек, словно невидимые струны рвутся в последнем усилии прозвучать красивой музыкой»!
Пиб не спорил. Постепенно Звезда сама поняла, что они просто многое видят по-разному.
Целых пять лет они вели долгие познавательные беседы. Астероид рассказал про обитаемые планеты. Совсем рядом, в системе необщительного белого карлика, есть один прелюбопытнейший планетоид, пятый или шестой по счету, где живут загадочные, крохотные по звездным меркам биологические существа, способные общаться с помощью радиоволн. Платиново-иридиевая, с вплавленным серебром конструкция, позволила Пибу принимать эти сигналы и, слушая их, он узнал много интересного.
Порой это интересное казалось совершенно непонятным. Зачем и почему людям нужна Луна, чтобы смотреть на нее и мечтать о невозможном? Отчего они так радуются смене сезонов, ведь это неудобно! Что такого находят в гармонии звуков, которые называют музыкой?
Бродяге очень понравилась философия био-мира и его загадки, но он все-таки скоро заскучал по космическому простору и, найдя сильное звездное течение, отправился в новый путь, который привел его к Звезде.
- Может, однажды, и у тебя появятся планеты, а на них – жизнь, сказал странник чуть лукаво.
- И как это будет? - спросила она Пиба, - как обычно происходит?
- Очень по-разному. Многое зависит от условий на планете, от того сколько препятствий встретится на пути Жизни…
- Ну, ясно, - перебила его Звезда, - чем больше преград, тем меньше вероятность, что из всего этого выйдет путное.
- Не совсем так, - заметил бродяга, - преграды помогают жизни, а не только мешают. Они закаляют живых и дают им цель, если нет другой, а так же помогают выбрать направление развития.
- Цель? - удивилась Звезда. – Я живу долго, и не знаю, в чем цель моей жизни. В чем находят смысл существования иные? И ты сам?
- У каждого она своя, - ответил он медленно, точно смакуя каждое слово или нарочно разжигая интерес собеседницы неторопливостью речи, - и поверь, целью может стать что угодно. Для одних это осветить как можно больше пустоты, для других - заполнить пустоту. Кто-то хочет найти, а кто-то - потерять. На свете есть вещи, о которых ты и я знаем лишь понаслышке, например, счастье...
- Счастье? Если ты о равновесии, то я счастлива. Отдаю пустоте столько же света, сколько получаю от нее пищи в виде случайных астероидов и мелких планет. Мне не приходится ограничивать себя, чтоб меньше светить и специально охотиться за топливом тоже. Все соразмерно в моей жизни.
- Но ты живешь для себя, - заметил Пиб, почему-то чуть отодвигаясь, - и все названое тобой говорит об этом. И вот особая цель, присущая живым, тем маленьким и хрупким, которые живут долю мгновения по нашему времени: чтобы жизнь не прерывалась. Не их собственная, а существование рода, семьи, племени. Чтобы перестав быть, не перестать существовать в ком-то другом.
- Зачем им это и как такое возможно? – удивилась звезда, удивилась так сильно, что вспыхнула чуть ярче и несколько случайных протуберанцев хлестнули окружающую пустоту.
- Они воссоздают себя, - загадочно ответил Пиб, успевший увернутся от огненного щупальца, - дают появиться на свет маленьким существам и любят их даже прежде, чем те родятся. Любовь – это непременное условие для жизни. И ответ на твой вопрос «для чего им это нужно».
Звезда заинтересовалась. До сих пор она не пыталась воссоздать себя, ей даже не приходило такое в голову. Но сейчас, от нечего делать, она решила попробовать. Долго формировала маленький клубок пламени, нежила его в своей короне, гладила лучами, засыпала потоками частиц, купала в волнах нейтрино, пытаясь вдохнуть в него хоть немного своего сознания, поделиться разумом и опытом.
Пиб, которого она выпустила из колец своего притяжения, не спешил улетать; старик был любопытен, но ни во что не вмешивался и просто замер на дальней орбите, напоминая о себе лишь тем, что закрывал от Звезды свет двух или трех ярких точек на темном полотне космоса.
В конце концов, все получилось. Маленькое белое солнышко, отделившееся от Звезды, осознало себя.
- Мама? – услышала Звезда робкий голосок.
Она не знала такого слова, но поняла - оно важно. Может, мамой биосущества называют тех, кто больше. Тогда имя ей подходит.
- Да, я мама, - повторила она, как заклинание, и тронула малышку сияющими лучами - очень осторожно, не зная, хрупкая ли она, или можно не церемониться.
- Мама, а как меня зовут? - спросила малышка, немедленно вцепившись в нее протуберанцами так, что не оторвать и не расплести.
Звезда не знала, откуда берут имена. Она немного растерянно огляделась и в отдалении заметила Пиба. Он воспользовался обратным звездным течением, чтобы снова приблизиться к светилу, но не покинул несущую его реку свободных частиц.
- Я знаю много красивых имен! – воскликнул он, оказавшись рядом. - Амальтея! Россана! Оринайа! Илетта! Ульчия! Астра!
Каждое новое имя звучало все тише и неуверенней, потому что Звезда сердито вспыхивала в ответ на каждое.
- Амальтея, - ворчала она, - Россана, Оринайа… Слишком большие для такого маленького существа. Меня саму могли бы звать так, но никак не ее!
Она задумчиво тронула малышку протуберанцем, заставив повернуться.
- Правильно, мама, - согласилась новорожденная звездочка, - мне нужно короткое имя, чтобы ты смогла быстро позвать меня к себе.
- Тогда будешь Асти, - решила старшая.
Пиб, успевший отлететь в сторону, довольно хмыкнул. Все-таки одно из его имен тронуло огненную душу Звезды.
- Мама, я голодная, - тут же заявила Асти и большая Звезда обрадовалась. Она не знала, что дальше делать со своим созданием, но как только Асти сказала про голод, нашла крошечный астероид, поймала и подвела ближе к малышке.
- Какой красивый, - заметила малышка, касаясь астероида, - смотри, мама, он весь сверкает.
И правда, один бок астероида покрывали кристаллики, переливавшиеся в свете звезды разными цветами. Звезда никогда раньше не думала о красоте тех, кого поглощала, и о том, что такие крошечные могут быть красивыми.
- Наверняка он еще и вкусный, - сказала она дочери.
- Наверное, но мне жаль его есть.
- Жаль? А что это такое?
- Когда можешь что-то сделать, но не делаешь, ведь другому от этого будет плохо. Я не стану его есть, мама, пожалуйста, поймай другой астероид, некрасивый.
И, напоследок полюбовавшись сверкающим боком космического камня, оттолкнула его, позволив свободно лететь.
- Хочешь сказать, ему будет плохо? Но астероид не настолько живой, как мы!
- Нет, мама. Плохо будет тому, кто не увидит его красоты.
Звезда задумалась; она сама не хотела есть и могла себе позволить потратить время на поиск. Следующая находка оказалась серым космическим булыжником и Aсти с удовольствием слопала его.
- А теперь поговори со мной, - сказала малышка.
Звезда не знала, о чем говорить, но все еще с любопытством рассматривала свое творение.
- Ты слишком маленькая, - заметила она, - но скоро вырастешь… Потребуется больше пищи. Сможем ли мы вдвоем прокормиться на этом участке Космоса?
Малышка помолчала, теребя ее протуберанцем.
- А у тебя есть ласковые слова для меня? Вроде «любимая», «красотулька», «лапушка», «чудо мое»?
Звезда снова задумалась.
- Есть, - сказала она, - звездочка, малышка… Солнечное пятнышко.
Асти зажмурилась от удовольствия:
- Как красиво! Говори их мне почаще, ладно? А теперь я, пожалуй, усну, потому что все мечты уже исполнились, но обязательно проснусь, когда появятся новые.
И она в самом деле задремала.
Звезда торопливо огляделась и позвала Пиба. Он подлетел, осторожно, словно опасаясь неприятностей.
- Теперь так будет всегда? - спросила она. – Вопросы, болтовня и ни минуты покоя?
- Только пока она не подрастет, - ответил Пиб. - Правда, так у людей, а у звезд все может происходить иначе. Вы живете гораздо дольше и у вас есть больше времени друг для друга.
- Я уже не так уверена, что хочу возиться с этим существом, - заметила звезда.
- Но ведь ты не можешь просто взять и поглотить ее теперь. Тем более будет так интересно наблюдать за ней.
- Но и хлопотно тоже, - проворчала Звезда.- А поглощать пока нет смысла.
- Вот-вот, - поддакнул Пиб, - тем более она не похожа на тебя, хотя дети обычно напоминают родителей.
- Да уж, не похожа. Будучи маленькой, я никому не надоедала просьбами. Ну ладно. Посмотрим, что получится. А ты поможешь мне.
- Но я ничего не знаю о воспитании детей! – удивился и испугался Пиб.
- Так лети и узнай!
Пиб не решился спорить и отправился в путь немедля, а она осталась.

Все оказалось не так уж и плохо, хотя проснувшаяся Асти завалила свою маму новыми вопросами. Звезде скоро надоело ей отвечать, и она обучила дочку цветовому коду, которым звезды общались на расстоянии. Теперь Асти болтала без умолку не только с ней и не только к ней приставала с вопросами, порой отвлекаясь, чтобы пересказать маме самые интересные и забавные из рассказов других звезд.
Большая быстро привыкла. Aсти постоянно менялась и нельзя было угадать ни ее слов, ни ее поведения. Пиб, возвращаясь, рассказывал Звезде о воспитании человеческих детей. Ей немногое подходило. А что-то казалось странным, например, игры. Асти придумала собственную - загадывать слово из всего, что видит вокруг. А видела она и космос, и звездные вихри, и далекие светила с их лучами и мерцанием, и космическую пыль, и даже густую черноту единственной в этих краях Черной Дыры. И видела как-то по-своему. Это очень удивляло. Все-таки Асти – ее творение, не могла же Звезда вложить в нее то, чего в ней самой нет!
- Еще как могла, - хохотнул Пиб в ответ на высказанные ею сомнения, - только не спрашивай меня, как. Люди всегда этому удивляются, но и для них, и для тебя это – такая же реальность, как вон та Черная Дыра.
Звезда решила вообще об этом не думать. Лучше и интереснее загадывать слова для малышки. Она попробовала оглядеться. Ничего примечательного вокруг не нашлось, но взгляд зацепился за ту самую Дыру, о которой говорил Пиб. Звезда попробовала описать ее и сама же поморщилась – вышло не так красиво, как у малышки. Или дело совсем не в красоте. Просто от Асти хотелось услышать каждую новую загадку. А кому интересно очередное описание параметров Черной Дыры - силу притяжения, возраст, гравитационный радиус и величину горизонта событий?
И тогда она сказала так:
- Я то, что поглощает свет и темноту и превращает их в ничто. Я обладаю всем и ничем: все, что беру, исчезает или становится частью меня, теряя свою сущность. Угадай, кто я?
- Это легкая загадка, - воскликнула Асти и выпустила протуберанец в сторону Черный Дыры, - а вот я хотела бы наоборот: не поглощать все подряд, а отдавать, раздавать, как подарок.
- Но чтобы раздавать, надо сначала откуда-то это взять, - заметила большая Звезда.
- Да, наверное… А, так вот в чем секрет существования черных дыр! Они вовсе не плохие, а просто копят материю, чтобы потом делиться ею. Значит, чтобы сделаться Белой Дырой надо сначала стать Черной!
- Разве ты знаешь, как ею стать?
- Я нет, но ты-то точно знаешь, мама! Расскажешь мне?
Звезда вздохнула. Об этом она тоже не хотела ни говорить, ни думать. Но малышка, кажется, очень ждала ответа; может, сделаться Белой Дырой было для нее такой же игрой, как и все остальное. А для детей игры - это всегда очень серьезно, как знала Звезда со слов Пиба.
- Нужно много есть, - ответила она, - очень много.
- А, я поняла! – сказала Асти и даже засветилась ярче. – Когда поступаешь как кто-то, то всегда в итоге становишься, как он!
На это Звезда ничего не могла ответить - вывод дочери показался ей не слишком логичным.
С того дня Асти стала много есть. Правда, некоторые астероиды она все еще отпускала, когда они казались ей красивыми. Звезда начала замечать, что сама любуется некоторыми. И ее радовало, что у нее и дочери есть еще одна общая черта, пусть даже она развилась позже, а не была с самого начала. Малышка словно чувствовала, в каком настроении ее мама, старалась развеселить грустную, или утешить сердитую. Вначале это тоже удивляло, а потом Звезда полюбила малышку за это внимательность и чуткость. А может, любовь пришла раньше.
Асти быстро росла. Это радовало Звезду и в то же время не очень. Она не хотела, чтобы дочка стала Черной Дырой, даже если она потом перекинется в Белую, о которых Звезда лишь слышала от других. И потом она ведь на самом деле ничего ей не сказала, не открыла, как становятся Черными Дырами и боялась, что Асти, когда ничего не выйдет, догадается об этом.
Малышка скоро достигла размеров большой Звезды. Звезда тревожилась все больше и больше. И однажды, когда Асти питалась, улучила минутку и спросила у Пиба:
- Что мне делать, подскажи. Она спросит однажды, почему не становится Черной Дырой, хотя делает все, как я сказала. Не хочу отвечать, а соврать не смогу. Как поступают в таких случаях люди?
- Люди ставят интересы детей выше собственных, - ответил Пиб с грустной улыбкой.
Звезда вздохнула. По счастью, ничего не надо было решать прямо сейчас. И звезды продолжали играть, питаться, ловить и отпускать астероиды и обсуждать все на свете. Крошечному, в сравнении с ними, Пибу тоже находилось место в их играх. И Звезда надеялась, что время отвечать на сложные вопросы никогда не придет. Но Асти, выросшая уже больше мамы, однажды заметила:
- Я ем и расту, но никак не превращусь в Черную Дыру. Интересно, почему? Из-за того, что отпускаю некоторые астероиды?
- Нет, - ответила Звезда, решившись открыть дочери правду, – просто мало много есть, надо еще и ничего не излучать. Совсем ничего.
- Совсем? Но как же тогда жить? Как общаться с тобой и с другими звездами? Как не светить?
- Не знаю, я так не умею, - ответила Звезда, - и наверно не сумею никогда. Но именно так становятся Черным Дырами.
- Тогда придется попробовать, - вздохнула Асти, качнув протуберанцами.
Задуманное оказалось не так легко сделать. Конечно же, совсем не излучать Асти не могла. Но постепенно сумела притушить свой свет: даже с очень близкого расстояния ее не было видно. Асти ловила и ловила астероиды, опустошив ближайшую часть космоса, и постепенно перестала не только переговариваться с дальними звездами, но и говорить с матерью, потому что общаться - это ведь тоже отдавать. И она научилась глотать все, независимо от того, красивое это или нет. Вот тогда Асти в самом деле начала меняться, разбухать, но не так, как раньше, а иначе, превращаясь в черную воронку.
Большая Звезда продолжала по старой привычке ловить и показывать дочери красивые астроиды, хотя та ела все без разбору, и найти что-то путное рядом становилось все труднее и труднее. И вот однажды Звезда отыскала совершенно потрясающий астероид, золотистый в синих кристаллах, тонко сверкающих гранями, и привела его к дочери, показать. Та глянула только раз и равнодушно проглотила находку. Это ужасно огорчило Звезду, а еще больше, что дочь не заметила ее огорчения, словно его и не было. Ее дочка больше не радовалась красоте, а хотела только есть, и делала это машинально, а когда делаешь что-то машинально, из этого не выходит ничего хорошего.
- Ах, - сказала звезда Пибу едва не плача, - как хорошо, что у меня есть она. Иначе я заботилась бы только о себе и любила только себя. А это так ужасно!
- Теперь ты понимаешь, в чем смысл, - согласился астероид.
Притяжение малышки росло. И Пиб отчетливо ощущал это на себе, тогда как Звезда еще могла не замечать, тем более она сама стремилась быть ближе к дочери и притягивала ее всеми своими силами. Астероид-бродяга не хотел огорчать звезду своими трудностями, но ему становилось все труднее и труднее удержаться на месте. Пиб давно уже никуда не летал - не мог преодолеть притяжение Асти, а Звезде говорил, что просто устал и хочет отдохнуть.
Но вот однажды его так ощутимо потянуло во вращающуюся черную воронку Асти, что Пиб не смог сопротивляться, стронулся с места… и тут же поплыл, полетел к ней, с ужасом понимая: уже не спастись.
- На помощь! – закричал он, хотя Звезда все видела и уже помогала ему, тянула на себя. Только вот толку от этого не было никакого. Асти так выросла, что стала сильнее, к тому же природа ее изменилась и новой Асти мама-Звезда ничего не могла противопоставить.
- Зачем? – крикнула она дочери, - оставь его, отпусти, он же живой! Ты никогда не станешь Белой Дырой, если поглотишь живое!
- Думаю, мне нужно обязательно съесть кого-то живого, чтобы завершить превращение в Черную Дыру, - ответила Асти. – А Белой Дырой я становиться не собираюсь, мне нравится все поглощать.
Раньше Звезда, наверное, спокойно бы отнеслась к такому выбору. Это
ведь космос. Тут много разных, и кто-то всегда питается кем-то другим. Но она так привыкла к Пибу, и этот бродяга казался ей особенным, незаменимым. Как и сама Асти. Звезда не могла пожертвовать одного незаменимого другой. Пусть даже Пиб нужен на свете только ей одной. Просто есть что-то такое, чем никогда нельзя жертвовать. Поэтому она закрыла Пиба собой и ощутила на себе мощное притяжение дочери.
Та потянулась к матери, а через миг Звезда увидела, как дочка отворачивается от нее, уводя в сторону черную воронку с ее притяжением. А потом и вовсе поплыла прочь, тяжело и медлительно. Звезда вспомнила, какой быстрой и шустрой была Асти раньше, и вздохнула. И ей ответ раздался еще один вздох - Пиба.
- Грустно, - сказал он, - она любит тебя, и для нее это теперь опасно.
- Но почему? – удивилась Звезда.
- Понимаешь, это ведь неправда, что Черная Дыра все поглощает. Вовсе не так: она просто распределяет это по своей поверхности, и за счет этого делается больше. Но не растет. Твоя дочь навсегда останется маленькой внутри и будет перекладывать приобретенное с место на места для равновесия. Но любовь требовательна, она заставляет расти и с ней необходимо что-то делать.
- Я знаю это, - сказала Звезда.
- Но она не знает. Любовь и возможность настоящего, внутреннего роста, станут мешать ей, дразнить, как далекий горизонт, которого невозможно достичь. Она сама отказалась от всего этого, замкнулась на себя. И я не знаю, во что превращается в итоге любовь, которой не дают менять себя и с которой ничего не делают.
- А черная дыра? Во что превращается она? – с тревогой спросила Большая.
- Ни во что. Недаром ее называют застывшей звездой. Такой она и останется, навсегда.
Звезда подумала, и сказала:
- Может, ты и прав. Но я не собираюсь отчаиваться и обязательно найду выход. Главное, я всегда буду с ней. Пусть не совсем рядом, но близко.
- А я постараюсь помочь тебе, - пообещал Пиб. – Расскажу все, что знаю о любви. Может, вместе мы найдем решение.

Делать что-то вдвоем совсем не то же, что одному. И можно даже сказать, что их было трое. В черноте космоса, пронизанной звездами, Большая почти не видела свою дочь, отплывшую далеко – замечала только погасшие, заслоненные ею звезды. Иногда Асти приближалась, а порой отдалялась. Она постоянно охотилась и все время росла.
- А как же голод? – спросила однажды Звезда у Пиба, не покидавшего ее на минуту, - если она на самом деле не поглощает ничего, как его утолить?
- Это не такой голод, - возразил астероид, - ей вовсе не нужно есть. Голод твоей дочери – это отчаянная жажда расти. Просто сама она этого не понимает. Только об одном догадалась – поглотить кого-то, осознающего себя, значит, на время утолить его. Для роста нужна вовсе не материя, а то большее, которое есть в каждом из нас.
- Что же это?
Астероид долго молчал.
- Я не могу назвать его. Может, душа, может опыт, или что-то такое, у чего пока нет имени. И в нас, и для нас существует множество тайн и эта – одна из них. И знаешь, ведь все мы так или иначе питаемся друг другом. То, что ты отдаешь мне сейчас - твое внимание, время, доверие - насыщает меня. И я отдаю тебе частицу себя. Асти нужно то же самое.
- Я думала, все проще, - сказала Звезда. Но сказала нарочно: после слов Пиба для нее не осталось никаких неясностей. - Я хотела бы дать тебе одно поручение, но оно сложное. Согласишься ли ты его исполнить?
- Конечно, соглашусь, - тут же ответил он,- ведь ты спасла меня. У людей есть замечательная вещь, благодарность…
- Тогда сделай вот что, - перебила Звезда, - слетай в Оранжевую Галактику, там есть звезды-близнецы. Много миллионов лет назад, когда наши Галактики еще находились рядом, мы с ними беседовали и о черных дырах, и о правильном питании. Сдается мне, они могут что-то подсказать. Ты можешь слетать к ним и расспросить?
- Могу. Хотя мне и не хочется оставлять тебя так надолго. Да и Асти тоже.
- Чем скорее уйдешь, тем раньше вернешься,- подтолкнула Звезда.
Пиб решил, что ей в самом деле важно знать то, что знают звезды-близняшки, и, поймав попутное звездное течение, он полетел в Оранжевую Галактику.
Звезда проводила его взглядом и тут же устремилась к дочери.
Та была хмурой, потому что никак не могла утолить свой голод. Она только раз взглянула на мать и, тяжело переваливаясь, отвернулась.
- Асти! – позвала Звезда - не отворачивайся! Я могу накормить тебя.
Звездочка снова повернулась к ней, держа гудящую воронку подальше.
- Ты нашла способ? Или отдашь мне того старика?
- Старик улетел. Но у меня есть кое-что получше. Вот. - Она оторвала кусочек своей материи и протянула его Асти. Но не просто так, а с нежностью и любовью. Конечно, от них материя не изменилась или этого просто не было видно. Потому и Асти лишь фыркнула:
- Такая малость? Разве она утолит мой голод? – но все-таки направила воронку в сторону подношения и осторожно поглотила его.
- Вкусно, - сказала она мгновение спустя. Звезде стало очень приятно и у нее словно прибавилось сил, - дашь мне еще?
- Конечно, - и Звезда оторвала от себя еще кусочек.

По правде сказать, она просто отправила Пиба подальше - не хотела, чтобы он спорил с ней из-за того, что она решила сделать. Звезда не знала, сколько себя сможет отдать без ущерба, но думала об этом лишь в самом начале. Чем большим она делилась, тем большего этого Асти. Голод ее утолялся, но быстро возникал снова. А от Звезды оставалось все меньше и меньше. Она не знала, почему выходит только так: Асти перестала превращаться в Черную Дыру и уже не тянула к себе все вокруг, не искажала пространство. Но она все еще голодала.
И вот однажды малышка, прежде чем взять подношение, спросила:
- Скажи, зачем тебе это? Зачем кормить меня, если тебе самой от этого ничего не прибавляется?
- Просто так устроен мир, - сказала Звезда. Ей трудно стало удерживаться на месте, не нырнуть в воронку, когда она приближалась, и она изо всех сил удерживалась, чтобы не взорваться. Звезда очень устала и ослабела.
- Мир устроен так, что ты должна кормить меня и ничего не получать взамен? - возмутилась Асти. - Ну нет, так не пойдет!
Она поймала первый же астероид и протянула его матери. Та охотно проглотила его. И второй, пойманный для нее, тоже. Простой голод утолился, но тут же возник другой - жажда делиться. Звезда снова взяла частицу себя и отдала Асти. Та взяла со вздохом, ей тоже было грустно от того, что ничего не изменилось, но вдруг словно воспрянула.
- Я знаю! – воскликнула она, взяла кусочек своей материи и протянула Звезде. – Вот! Так правильно!
Звезда не торопилась, хотя больше всего на свете хотела принять этот дар, и сначала отщипнула от подношения крошечный кусочек, но потом решилась и взяла все. Ах, как это было вкусно и как замечательно! Поток энергии потряс ее и совершенно утолил голод. И, наверное, Асти тоже ощутила что-то. Она вдруг словно осветилась изнутри.
И так они делились друг с другом снова и снова. Сначала неумело, но с каждым разом понимая и узнавая друг о друге все больше, понимая, как порадовать и утолить голод другого. Сначала они старались утолить свой, утоляя чужой, а потом перестали думать, кто из них более голоден и просто уже не представляли другой жизни, чем это взаимное поглощение, которое вовсе не делало звезды меньше. Они менялись; свет их, смешиваясь, делался материей. А из этой материи собирались, частица за частицей, планеты. Целых пять. А на планетах зарождалась жизнь от того же самого животворного сияния.
И когда вернулся Пиб, переговоривший со звездами-близнецами в Оранжевой Галактике, и понявший, что ничего особенного они не знают, а значит, его просто отослали, он нашел целую планетарную систему с двумя звездами там, где до этого не было ничего подобного.
- Здравствуй! - приветствовали его Асти и Звезда-мама и послали навстречу сияние, которое окутало Пиба, избавило его от усталости, наполнило чудесной энергией – и украсило тусклый бок россыпью сверкающих кристаллов.
Он приветствовал их, когда пришел в себя от удивления.
- Что такое тут случилось? – удивление удивлением, а любопытство всегда было в нем сильнее всего.
- Тут случилась жизнь, - ответила Асти и послала планетам внизу волну света.
- Вот уж не думал, что жизнь случается именно так… Это скорее похоже на чудо!
- Может быть. Ты можешь присоединиться к нам и посмотреть, что выйдет из всего этого в итоге, - предложила Звезда. – Это будет очень интересно.
- Интересно? Разве жизнь это игра?
- Нет, поэтому будет еще и не просто. Но нашим людям – а там, на планетах, уже есть люди, нужна Луна. Под нее так хорошо мечтать, ты сам об этом говорил. Ты мог бы стать такой Луной. И не сомневайся – у тебя получится.
- Я не сомневаюсь, - проворчал Пиб, ему очень понравилось предложенное, но не мог же космический бродяга принять его без возражений! – Но непросто привыкнуть к мысли, что я теперь Луна. Правда, в своей жизни я видел и не такие чудеса.
- Мы научим тебя, как делиться, - пообещала Асти.
- Думается мне, что я уже умею, - усмехнулся бывший астероид, который занял положение возле одной из планет. – Просто нужно передавать ваш свет дальше, вот и все. И добавить к нему свой, когда он появится.
И это была правда, которая едина и для звезд, и для людей. А есть еще одна – из Черной Дыры нельзя выбраться, а в Белую невозможно попасть и лучше быть самим собой и любить, даже если любовь однажды поглотит тебя, ведь она больше всего на свете.
9.11.14 г.



Всегда рядом.
 
Форум » ...И прозой » Пёстрые сказки » Сказка Звезд (в соавторстве с Дискордией)
Страница 1 из 11
Поиск:


Copyright Lita Inc. © 2017
Бесплатный хостинг uCoz