Суббота, 23.09.2017, 21:09
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 3123»
Форум » ...И прозой » Горькие сказки » Карманное (миниатюры)
Карманное
LitaДата: Вторник, 05.07.2011, 17:41 | Сообщение # 1
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
КОШКА И Я

1

Маленькая кошка пришла на колени. Не такая уж и маленькая, на самом деле) Пёстро-полосатая «васька», с две моих ладони, шустрая – захочешь, а не поймешь! – зато уж ласковая за двоих. Подставляет головку под ладонь – «Погладь меня». Ах, малышка, ты всегда точно знаешь, что тебе нужно, верно?
«Верно. А разве ты – нет?»
А у нас все сложнее, маленькая. У людей нет хозяев, которые заботились бы о них. Нам приходится самим печься друг о друге.
«Приходится?» – переворачивается на спинку и подставляет пузико – почеши!
Иногда. Понимаешь, есть на свете такое чудо – Любовь. И это не только когда тебя гладят, но и когда шлёпают, если уж заслужил – тоже. Это не только вкусная еда, но и царапины. Не только подарки, но и потери. Хотя бы не погладили, а поругали – тогда бы я поняла, что я есть…
«Но если тебя нет – кто тогда сейчас гладит меня и дёргает за лапы? Если бы я считала тебя приложением к тому, что ты делаешь, то никогда не пришла бы к тебе на колени, потому что это – знак уважения и любви. Нельзя любить того, кого не уважаешь или не понимаешь».
Разве нельзя? А можно любить кого-то за то, что он делает, или то, что он делает, отдельно от него?
«Или и его самого так же, как и то, он делает? – снова переворачивается на животик и смотрит на меня желто-зелеными, лукавыми глазами, - это всего лишь ревность. Какие пустяки тебя занимают! Но я знаю, почему. Просто тебя очень давно никто не гладил…»

2

Серая Силь, пушистое хвостатое чудо, нежится в пятне солнечного света на коврике. Я откладываю прочь книжку и сажусь с ней рядом – погладить, потеребить нежную шерсть, подергать за лапы.
«Почему ты грустишь?»
Наверное, потому, что хочу. Одна умная девочка спросила меня: «А ты не думаешь, что нарочно загоняешь себя в состояние, когда тебе легче творить?» Я подумала над этим и поняла – это может быть правдой.
«А может и не быть. Со стороны виднее только в самом начале»
В начале его?
«Чего угодно. Когда никакие чувства не мешают видеть то, что есть и не помогают видеть то, чего нет».
А что видишь ты?
«Тебя и себя. А еще – что пришло время обедать»
Но кошка продолжает нежиться на солнышке.
Ты не голодна?
«Я хочу есть, но это может и подождать».
И я продолжаю ее гладить с нежностью и любовью. Конечно, две другие кошки тоже приходят погладиться. Они всегда встречают меня у порога и первое, что я читаю в их ласковых движениях – они рады меня видеть и немного тревожатся - а вдруг у меня не найдется минутки для них? Я тоже иногда боюсь, что не нужна.
Так почему я грущу? Потому что это в моей природе, как в природе кошки - искать и находить немного тепла.

23 окт. 2010 г


3

Кот всю ночь сторожил елку. Он считает своей собственностью все, что там висит и сверкает. Чтобы повесить новые игрушки, пришлось задабривать хвостатого сгущенкой.
Огоньки гирлянд – как меленькие маячки. Они переговариваются в тумане жизни и, мне кажется, я знаю о чем: «Скоро Новый год! Пора расставаться с прежним и встречать новое! Пора делать друг другу подарки и желать счастья!» Ну, если так, то каждый день – праздник, потому что пора прощаться и встречаться, дарить и получать, никогда не кончается.
Прощайте, друзья! Прежними нам уже не встретиться! Здравствуйте, друзья! Мы встретимся, став другими! И будет Праздник…
Дек. 2010 г



Всегда рядом.
 
LitaДата: Вторник, 05.07.2011, 18:56 | Сообщение # 2
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
ДВОЕ


Рассвет был последним.... Ну он мог быть и первым, но именно этот рассвет - был последним. А что? И так бывает. Последний день их нерушимой дружбы.
Солнце, кажется, просто не хотело подниматься – словно понимало что-то. Но Солнцу неоткуда было знать, что все уже случилось.
…Когда рассвело – так они договорились, что последний раз встретятся при свете – Авита шагнула со своей Грани на Середину, и в этот же миг туда сделала шаг Сунна.
- Здравствуй.
- Здравствуй.
Дети разных миров. Черные крылья – жесткие и сильные, гордый взгляд, спокойное, но порой и беспощадное суждение. И тоже крылья, но белые. Мягкость но и жесткость. Непререкаемость. Вера в свою правду. Они не были такими уж разными. Но их правда сделала их чужими.
- Прощай.
- Прощай.
Последний взгляд вслед уходящей подруге. Уж не другу. Просто незнакомому ангелу. А незнакомка с белыми крыльями не стала оглядываться на демоничку, с которой когда то дружила. Здесь, в мире между их - да и всеми – мирами не было рассвета. И это было хорошо.
Солнце не должно видеть таких прощаний как это. Оно не поймет, как правда может быт важнее любви, доверия и дружбы.
4.05.11



Всегда рядом.
 
LitaДата: Вторник, 05.07.2011, 18:58 | Сообщение # 3
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
ПРЕСТИЖ


- Выбирай - я или она?
Молодой дракон и капризная принцесса, приревновавшая к сельской девчонке, приносившей ему домашние сладости. Много ли надо дракону? Немного, если это немногое - лучшее.
- Мьюта! Не сходи с ума! Риина просто друг...
- Знаем ты таких "друзей"! - Гневный взгляд, горящее лицо - фурия в пятом поколении... - Кто у тебя в пещере живет? Кто тебе нужен?
Дракон поморщился. Ну да. Престиж. Он украл Мьюту чтобы поддержать свой престиж, гори он золотым пламенем. А Риина всегда была тут. Иногда приходила поболтать, иногда - он сам не представлял, зачем она приходила.
- У меня завтра ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ! - напомнила принцесса и дракон судорожно сглотнул. "Мама и папа, сделайте меня снова яйцом! Не хочу! Слышите - НЕ -ХО-ЧУ!" Но эта вещь была из таких которые - и не хочешь, а придется как-то пережить.
- Ну и чего ты желаешь? - спросил он со вздохом.
- Приключений! - ответила Мьюта, сверкнув глазами. Принцесса тоже сделала свой выбор.
...Ранним утром, пока она еще спала, дракон скастовал над скандалисткой "долгий сон", загрузил ее карету, с которой когда-то украл, и унес. Вернулся он без нее, очень довольный и очень вовремя - Риина ждала у пещеры.
- Будь моей принцессой! - сразу предложил он.
- А как же Мьюта? - спросила девушка с улыбкой.
- А она сбежала от меня в соседний мир. Там как раз Творец пытался создать человека, а так как сам он не человек, то не представляет что это такое. Но престиж... кхм.. Всякий Творец обязан сотворить себе людей. Вот и... - он не стал рассказывать, как скандалил недовольный "образцом" бог, собиравшийся, как и все, первым сделать мужчину, и как дракон убедил его, что легче сделать что-то из чего-то, чем из ничего. Приключения Мьюте были обеспечены. Правда, Творцу, вероятно, тоже. А умница Риина не стала долго ждать чтобы сделать свой выбор.
14.05.11



Всегда рядом.
 
LitaДата: Пятница, 08.07.2011, 10:39 | Сообщение # 4
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
ВЕЧНОСТЬ


Иней на ресницах. Сквозь него не слишком хорошо видно. Мальчик снова занят - собирает из льдинок картины невозможных миров.
- О чем ты думаешь, мой Кай?
- О зеркалах и о Герде. Они никогда не отражали ее такой, как я видел.
Добавить холода. Мальчик ежится, но продолжает игру - теперь он строит замок из ледяных кирпичиков. Цветной лед - это красиво, но чем ему не угодил мой замок? Царство Вечной Зимы - царство вечной жизни.
- О чем ты мечтаешь, мой Кай?
- О весне и о Герде. Они так похожи друг на друга.
Добавить еще холода. Еще вечности. Смертный не должен мечтать ни о чем, кроме вечности.
- Что ты видишь, мой Кай.
Он поднимает на меня прозрачные, как мой лед, глаза.
- А что такое «видеть», госпожа?
Вот и все, вечность победила. Он навсегда останется со мной, если конечно сюда не придет его Герда. Но она не придет. Герда состарилась и умерла, так мне сообщили мои слуги - метели, умеющие забираться в любую щель.
Но что он там собирает снова из осколков льда, крошащихся в его пальцах?
Подхожу посмотреть. Лицо девочки из моих ледяных кошмаров, моей вечной соперницы. Герда все-таки пришла сюда. Смертная победила вечность.
Мальчик встает и смотрит на меня и глаза его снова синие, как небо. От картины на полу исходит тепло, и от него тают мой замок и мое ледяное сердце. «Что вы знаете о вечности?» - шепчу я, растворяясь в красках мира, в его небе, траве, земле. – Я буду приходить к вам с каждым дождем и снегом. Каждый Кай и каждая Герда будут помнить меня, пока растут на земле розы, пока Зима сменяет Осень, Пока вечность – это Покой»…
Больше я ничего не успеваю сказать. Хорошо, что сказки тоже живут вечно. Пока будут они – буду и я.

03.06.2011



Всегда рядом.
 
LitaДата: Пятница, 08.07.2011, 10:40 | Сообщение # 5
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
ЛЕТАТЬ


Ей было шесть лет, когда она поняла что умеет летать только во сне. Дети верят в себя – и она тоже верила. Но это не дало ей крыльев.
В десять знакомый мальчик пообещал ей сделать крылья – и сделал. По счастью, родители мальчика вовремя остановили его, уже готового проверить конструкцию из проволоки и простыни, прыгнув с невысокого, но крутого холма.
В двенадцать за ней закрепилась слава одержимой – после того, как она пробралась в цирк и не попросила – потребовала у циркового «волшебника» научить ее парить как парил он. С цирком она позднее и ушла, но только с другим, хотя к тому времени уже знала, что магии не существует, а цирковые «полеты» – ловкий трюк.
В двадцать шесть она вернулась домой, загорелая, коротко стриженная и – счастливая. Но так и не научившаяся летать.
В двадцать восемь она вышла замуж по любви. Это было сродни полетам - быть любимой. И очень долго она вообще не вспоминала о своей мечте. Только так, случайно, когда читала своим первенцам-близнецам чудесные сказки.
В сорок восемь она стала бабушкой. Наверное, учиться летать было уже поздно, но именно сейчас она захотела этого сильнее, чем когда либо.
…И тогда она взяла бумагу и перо и начала писать…
«Лиа парила под самыми облаками, там, где синего было больше, чем белого, но ни синее ни белое не слепило, а словно говорило с ней на своем языке – цвета и света. Кто сказал что облака – пушистые? Так кажется с земли. На самом деле они мокрые и прохладные и пахнут еще не родившимся дождем.
Плечи начинали гудеть от усталости, но Лиа была сильнее нее, и крылья, темное и светлое, продолжали нести ее дальше и дальше, отмеряя не время, а счастье. Что такое свобода? Это все, что дает тебе крылья…»
Она писала и ощущала прохладное, сырое прикосновение белой облачной ткани к своему лицу, дышала им и бездонной синевой того неба, которое видят лишь окрыленные, чувствовала, как гудят усталые плечи – и улыбалась от бело-синего счастья исполнившейся мечты. Много позже она снова вернется к заботам своего дня, дочери и внуку, готовке и стирке. Счастливого человека окрыляет любой пустяк… А она была счастлива, потому что наконец научилась тому, что умела всегда. Она научилась летать.
03.06.2011



Всегда рядом.
 
LitaДата: Суббота, 24.09.2011, 17:05 | Сообщение # 6
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
ПРОКЛЯТИЕ


…Ступенька.

Когда ты любил, то дарил мне музыку. Я ничего не забыла. Слепые не умеют забывать прошлое, потому что у них нет будущего. Жаль, что я так и не решилась сказать тебе, что твоя музыка – мотылек-однодневка. Она умирает в один миг, но я была счастлива, что ты делишься ею со мной.

…Еще ступенька.

Тебе не хватало Таланта. Ты и сам, в конце концов, почувствовал это – и вовсе не потому, что тебя не хвалили. Просто твои мелодии ничего и никому не давали, даже тебе самому. Может быть, потому, что в них ты рассказывал о том чего не знал – о любви.

…Еще одна ступенька. А башня, кажется, стала еще выше со вчерашнего дня. Может быть, она растет, тянется к небу, чтобы и оно смогло услышать твою Музыку?

Когда я пришла к Ведьме и попросила дать тебе Талант, она не удивилась. Глупая,- сказала она, - гениальность – это проклятие, а не благословенье. Ты хочешь, чтобы я прокляла его? И я ответила: Да, хочу. Тогда сделай это сама, если уверена что это сделает его счастливым, - сказала она, - у тебя это получится лучше.

…Я уже слышу твою новую мелодию, и она как на крыльях возносит меня на верхнюю площадку лестницы. Слепота не помеха чуду.

Я прокляла тебя – теми особыми словами, которым никто не научит. И ты обрел Талант – истинный, яркий, неповторимый. Теперь тебя слушали и слышали все. И тогда ты тоже, наконец, полюбил – и не меня, а ее. Свою Музыку. Она стала моей соперницей.

Я не спешу входить. Побудь еще немного наедине с той, которую ты так любишь. А я, ты не знаешь, тоскую по тем простым песенкам, которые ты сочинял когда-то. Жаль, что мне не отменить своего проклятья и не отнять у тебя Талант. Я слепая, но я вижу тебя. Ты зряч, но не видишь ничего кроме Музыки. Ведьма была права. Те, кто любят, проклинают страшнее всего. Что случится, если я прокляну тебя снова?
Когда-нибудь я попробую.

14.06.2011



Всегда рядом.
 
LitaДата: Воскресенье, 25.09.2011, 17:53 | Сообщение # 7
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
ЖИЗНЬ, СМЕРТЬ, ЛЮБОВЬ.


- Они любили друг друга.
Молчание.
- Прости, нельзя было начинать эту историю.
- Почему же?
- Потому что у нее не будет счастливого конца.
Короткий смешок.
- Но у нее, по крайней мере, есть конец?
- Как и у любой истории.
- Тогда – рассказывай.
- Итак, они любили друг друга. Им казалось, что никакие беды и несчастья не смогут их разлучить, им казалась, что их любовь – это весь мир и вся жизнь. Они были молоды и счастливы. Не очень долго. Потому что ведь любить – это значит быть слепым.
- Разве? Но ведь жизнь...
- Жизнь ставит свои правила. Как и смерть. И только Она открывает глаза – Та, Что Приходит За Всеми.
- Рассказ был о любви.
- Не только о ней... Они любили друг друга, но недолго. Однажды в лесу он встретился с волком-оборотнем. Между людьми и волками мало таких, кто могут договориться и вот... волк мертв, а человек, укушенный им, начал меняться. Та, что любила его, заметила это не сразу...
- Потому что была слепа?
- И поэтому тоже. Просто какое-то время они не смогли видеться, и он остался наедине с тем, что захватывало его душу. Влюбленной сказали, что ее выдадут замуж за богатого человека, до которого ей не было никакого дела, а когда она наотрез отказалась следовать воле родителей, заперли в ее комнате. Родители... они дали ей жизнь и заботились о ней, пока она взрослела – а дальше повели себя, как тираны, решив по-своему распорядиться ее жизнью. Не скоро, не сразу, она смогла убежать из дома.
- А тот, кто любил ее?
- Тот, кто любил, к тому времени забыл о любви. Он уже почти жил в лесу... что делать, если ты еще не волк, но уже не человек? Все что угодно, чтобы перейти на какую-нибудь одну сторону, потому-то разрываться между волчьей и человечьей ипостасью – это больно и страшно. И в том хаосе, что творился в его душе, в его сердце, ему уже не было дела до любви и той, что любила его. А она, сбежав из дома, пришла к нему.
- И не узнала его?
Молчание.
- Она узнала бы его, даже если бы он превратился в волка и бросился на нее.
- Но ведь ты... ты говоришь – любовь делает людей слепыми. Как же она, слепая, могла узнать его?
- Она не глазами узнала его – сердцем. Это глаза слепнут от любви, а сердце прозревает.
Молчание.
- Что же случилось дальше? – в голосе спросившего звучит не любопытство, а сожаление – кажется, он только сейчас начал верить, что все это не закончится счастливо.
- Она пыталась помочь ему, хотя не понимала, что с ним творится. Не понимала, но видела... видела, как каждый вечер он уходит в лес и возвращается утром, неся с собой запах крови и зверя. Как он смотрит на луну и как тоска и боль в его глазах превращаются в ярость. Как он избегает касаться серебра. Однажды он обжег руку о серебряное колечко на ее пальце, когда она взяла его за руку. Но она пыталась помочь ему.
- Как? Как можно было здесь помочь? – на этот раз в голосе звучит горечь.
- Она говорила с ним. Не оставляла ни на минуту. Встречала, когда он возвращался из леса после охоты, готовила ему – готовила так, что он забывал вкус сырого мяса и свежей крови. Делала все, чтобы он как можно дольше оставался человеком.
Молчание.
- Но все-таки она не смогла ему помочь.
- Не смогла. Она ведь хотела стать его жизнью. А он не мог принять ее жизнь. Но когда-то в самом начале их любви, они поклялись, что всегда будут вместе.
Молчание.
- Откуда ты знаешь? Разве такие клятвы дают при свидетелях?
- Я знаю, потому что и ты знаешь тоже. Потому что она – это я, а он - это ты.
- Но я думал... думал что ты – Смерть, Та Что Приходит За Всеми!
- Так и есть. Я не смогла стать твоей жизнью – потом ты вспомнишь, если захочешь, как прогнал меня, и после этого я вышла замуж за того богача, и прожила долгую жизнь, думая только о тебе. А ты прожил жизнь еще более долгую – ведь оборотни живут дольше людей... Я не смогла стать твоей жизнью, но стала твоей смертью и пришла за тобой от Ее имени. Твой час пришел. Пойдешь ли ты со мной, любимый?
- Пойду любимая, - молчание, - я пойду за тобой хоть на край свет хоть за край мира. Ты говорила, что только Смерть открывает глаза влюбленным... Но ты сделала для меня больше. Пойдешь ли ты со мной, любимая? Будешь ли ты там, куда я должен сейчас идти?
Молчание. Теплый мягкий свет, от которого не слепит глаза, даже если они распахнуты настежь. Может быть, таков и свет любви. Не слушайте того, кто говорит, что любовь ослепляет. Она заставляет мир сиять...
- Я пойду с тобой, любимый. Теперь я всегда буду с тобой.
30.05.2009



Всегда рядом.
 
LitaДата: Четверг, 22.12.2011, 15:18 | Сообщение # 8
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
Не собиралась этого писать, но накрыло. Попыталась управлять процессом и переделать легенду об Азраиле, ангеле, душу которого другие ангелы помимо воли Бога забрали из Ада, - но не вышло. :D Моя Муза - зарраза...
Сам по себе текст не смотрится, наверное он станет частью чего-то большего, вероятно - рассказа "Как ангел". Но пока пусть так.


АНГЕЛ И АД

Был один грешник в аду... Вернее, сначала он был ангелом, но совершил слишком много ошибок, и не смог сохранить крылья. А он считал, что бескрылому только один путь - вниз.
У каждого свой Ад. А для этого ангела - не зову его падшим, хотя он и рухнул со своей высоты на самое дно - это было одиночество. Вроде бы не так уж и страшно... И сначала он радовался, что никто не мучает его, все и всё оставили в покое, даже Бог, от которого он ждал осуждения. Вернее – суда, ведь сам ангел всегда поступал так - судил других. Но суда от Него не было, только молчание.
Прошла, может, сотня лет - и ангел привык к Аду. Не как привыкают к боли или к темноте - а как к самому себе. И всю бесконечность времени он мог потратить лишь на себя.
Ангел присмотрелся и сначала увидел то, что наполняло его гордостью – ведь оно всегда на виду и ярче блестит. Например, прямота. Или умение быстро принимать непростые решения. Или способность говорить «нет». Да и многое еще. Но рассматривать это долго он не смог, хотя постоянно возвращался к достоинствам, что с легкостью признавал за собой. Они хоть доставляли удовольствие, но мало радовали.
Конечно, было и другое. Он не гордился вспыльчивостью, тем, что легко обманет, если сочтет нужным, или способностью предать всех, даже себя. Эти вещи он тоже рассмотрел, усмехаясь про себя - ведь именно они привели его в Ад, где он остался в самой лучшей компании – наедине с самим собой.
Но оказалось, и это еще не все. Существовали не только недостатки и достоинства, но и то, что ангел не мог бы назвать ни тем, ни другим. Были воспоминания. Потерянные надежды, исполненные мечты, потери и подарки. Весь его путь, что закончился тут.
Наверное, разобраться в себе заняло у него не одну сотню лет. Это как делать уборку, раскладывая все по местам. Он справился с этим и долго отдыхал, если только в Аду такое возможно. А потом, снова заглянув в себя, обнаружил прежний беспорядок и даже больше. Что каким-то образом его прямота может стать грубостью, что способность сказать неправду означает способность выдумывать пути спасения там, где их нет и давать надежду. Что способность предать используется нечасто, а вторая ее сторона, - верность - постоянно. Что гнев лучше ненависти, а ненависть лучше равнодушия. Что любовь к себе заставляет поступать так, чтобы окружающие были счастливы. И так - со всем, что он мог назвать.
Ангел не отлынивал, он снова принялся за уборку и на этот раз сделал все даже более тщательно, рассмотрев все потери и находки и расставив их по местам.
Но прошло еще меньше времени, чем в прошлый раз, когда он вновь обнаружил хаос в своей душе. И тогда ангел, как ему показалось, понял замысел Бога – чтобы он мучится в Аду, вечно разбирая собственные грехи, или наоборот это должно превратиться в рутину.
Упрямство было среди его «вещей внутри». В этот раз он попытался не только разложить по местам, а что-то отстирать, убедив себя, например, что вовсе не ленив, а просто ждет «хорошего времени», и кое-что - выбросить, к примеру, часть воспоминаний. Но не вышло ни первое - потому что он сам видел, что это обман, ни второе, потому что память выкинуть нельзя.
Вконец измучившись, он бросил все и обратился к Богу:
- Где же твоя любовь? – спросил он. - Если Ты вместо того, чтобы простить, мучаешь меня?
- Разве Я тебя мучаю? - спросил Бог, мгновенно появляясь, что не удивительно для того, кто присутствует везде и всегда.
- А разве не ты создал Ад для меня?
- Нет, - сказал Бог, - ты все сделал сам. Когда совершал ошибки и не исправлял их, они нависали на твоих плечах и однажды потянули вниз. Ты сам решил не бороться, а сдаться и опуститься, и сам - что ты в Аду.
- Так Ада нет? - усмехнулся ангел.
- Нет, но есть возможность, которую Я создал, как и все остальные, даже возможность совершать ошибки.
- Но зачем? Разве Ты не предвидел, что мы будем страдать?
- Предвидел. Но Я создал и свободу тоже. А она включает в себя и возможность ошибаться, и возможность страдать.
Ангел пришел в ярость.
- Зачем Тебе нужна такая свобода? - воскликнул он, - уж лучше бы Ты сделал так, чтобы мы были менее свободными, но не могли страдать и мучится!
- А для кого лучше? - спросил Бог.
Ангел задумался. Ярость никогда не мешала ему думать.
- Для нас. А разве для тебя иначе?
- Мне больно было бы видеть тех, кто не знает истинной радости, потому что не умеет горевать, - ответил Всевышний.
- А, так вот в чем дело. Ты такой же эгоист, как и все мы, и тоже не желаешь видеть страдания. Теперь я понимаю, почему мы, Твои создания, так любим себя.
- Вы и должны любить себя. В этом ваше выражение любви ко Мне и благодарность за то, что Я вас создал.
Ангел опешил:
- Как глупо. А может, слишком мудро, чтобы я понял Тебя. Но если Ты не хочешь, чтобы я страдал, если сам я этого не хочу, но иначе не выходит… Если я так поверил в свой Ад, что навсегда останусь здесь, хоть быть тут не хочу, что мне делать?
- Подумай и ответь сам, - сказал Бог. - От Моего ответа у тебя только прибавится вопросов.
Ангел нетерпеливо тряхнул бессильными крыльями:
- Я хотел бы измениться, не изменяя себе. Но во мне слишком много всего и я не знаю, как и что менять. Но здесь Ад, и никакими силами мне не превратить его в Рай. Я не могу отсюда выбраться, а если выберусь, разве не унесу я свой Ад с собой, как ношу бесполезные крылья?
- Вспомни, что сказал мне сначала и пойми: все упреки, которые ты бросаешь другим – прежде всего тебе самому, - ответил Бог совсем не сурово. - Если обвиняешь другого в глупости - значит ты сам не мудр. Если бросаешь в лицо другому слова о лжи – значит, чувствуешь лжецом себя, иначе ничто не заставило бы тебя кричать от боли за ложь. Обвиняешь в ревности - и ревнуешь, даже не замечая…
- Бог, я понял, - невежливо перебил ангел. - Я упрекнул Тебя в непрощении, значит, неспособен простить себя, и потому нет для меня пути из Ада. Но как мне простить и что, какой из моих грехов?
- Все или ничего, - сказал Бог, - ты должен понять, что грехов не существует – тех, придуманных, за которые ты попадешь в придуманный Ад. Нет достоинств, годных для придуманного Рая. Есть путь, свобода и совесть. Существуют ошибки, которые ты делаешь. Есть то, что можно и нужно было сделать, а ты не сделал, ожидая, что это сделает кто-то другой. Есть то, чего можно было не делать, но ты сделал. Есть непонимание себя и других и неумение любить. Вот кирпичики, из которых ты строишь стену своего Ада. И ты можешь остаться тут, ведь это твой Ад и тебе в нем уютно. Но если хочешь сломать стену и выйти - не живи в Аду, а покинь его.
- Ты говоришь так, словно это просто, и для Тебя в самом деле все просто, ведь Ты всемогущ…
- Нет, - в свою очередь перебил Бог, - это было бы трудно даже для меня. Ведь мой Ад, как и твой, был бы больше Меня, и выйти за пределы своего Ада значило бы выйти за границы себя. А все просто не когда ты всемогущ, а когда любишь.
Ангел не спорил:
- Я знаю, чего хочу. Крылья бесполезны и мне больше не стать ангелом. Всевышний, ты можешь сделать меня человеком?
- Почему именно человеком?
- Потому что они знают, как носить Ад в себе, но не жить в нем. Они умеют избавляться от него, например, занимаясь каким-то делом и просто забывая про хаос внутри, потому увлекаются, строя гармонию снаружи. Люди могут писать стихи: Ад выходит через слова и больше уже не возвращается, потому что даже Аду от таких стихов больно. Они могут становиться хозяевами своего Ада. А еще люди знают: то, что они делают и говорят – это не он сами и потому не придают такого значения поступкам и словам, как ты и я.
Даже Бог задумался над его словами. И Он размышляет над ними до сих пор. А ангел стал человеком без помощи Бога. Ведь некоторые вещи ты должен делать сам, как бы страшно тебе не было...
22.12.11



Всегда рядом.
 
LitaДата: Понедельник, 08.10.2012, 19:24 | Сообщение # 9
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
О КОМПАХ И ВРЕДНЫХ ПРИВЫЧКАХ


Самые невинные привычки – самые вредные. Купила ноут и дала ему имя, чтобы никто из домочадцев не путал мой комп со своим и не посягал на новенькую машину. Мой старый назывался Принцесской - постоянно чего-то требовал, то новых программ, то особого отношения, мир его микросхемам... Отданный на расправу брату и сестре зовется Терминатором – два подрастающих оболтуса оказались неспособны его убить, хотя, запросто прикончили Титаник, стоящий теперь под кроватью в разобранном виде. Наверное, имя несчастливое. Новенького черно-белого красавца торжественно окрестила Разиней, потому что такая у него судьба - стоять распахнутым, и на всякий случай приклеила на крышку стикер "ЭТО МОЙ!»
Как выяснилось через неделю, правильнее было назвать его Лентяем. Ноут со скрипом открывает рабочие файлы, но за минуту загружает игрушки любого размера, вирусы ловит даже из воздуха, а очистку от вирусов затягивает, как только можно, словно Разине нравится лечиться. Один раз я для эксперимента назвала нужную папку «Самая лучшая игра!». Счастье быстрой и беспроблемной работы длилось, пока ноут не обнаружил, что его надули, и не отформатировал мои рабочие файлы, раскидав по тексту пиктограммы явно оскорбительного значения.
На пятый день не уследила – к компу подобрался братец, тоже разиня, и оперативная система приказала долго жить. Вдоволь налюбовавшись синим экраном смерти, я позвонила мастеру Грише. Компьютерщики - это ленивые гении. Не отвлекаясь от любимой стрелялки, Гриша попытался починить Разиню дистанционно, по телефону объясняя мне куда нажать, что сделать и где посмотреть. В итоге всех моих действий синий экран начал мне игриво подмигивать… Грише пришлось выбраться из кресла и из «Doom»-а, и снизойти со своего девятого этажа на мой третий…
Бился он с Разиней часов шесть. Семейка в лице младших брата и сестры время от времени заглядывала в комнату, и потом из-за двери можно было услышать: «Спорим, что починит только завтра?» - «Нее, через три дня. Спорим, и пусть кто проспорит, выглянет в окно и крикнет: “Я лузер!”» - «Не, пусть он лучше крикнет: “Я Бэтмен!”» Не удивительно, что мой брат-второклассник знает слово «лузер», но за что сестра так ненавидит несчастного Бэтмена?
Разиню Гриша починил через неделю, мимоходом, за семь минут, наладив Принцесску на радость сестре, давно желавшей иметь собственный комп. А через две недели мне пришлось опять звонить ленивому гению - мамин кот прошелся по клавиатуре Разини тяжкой лапой и ухитрился закольцевать песенку «Я гуляю по мозгам, нынче здесь, а завтра там», так, что я не могла ни ноут отключить, ни музыку. Мастер с девятого этажа поругал меня и похвалил кота, поленившись разбираться в проблеме, стер все, включая адскую песенку, и установил заново, уже без нее.
…Я запирала комнату. Угрожала брату и шпыняла кота, обещая оставить первого без обещанных за хорошее поведение новых компьютерных игрушек, а второго без сгущенки. Я поймала самую младшую сестру на горячем: положив на клаву арахис в кожуре, она захлопывала крышку, а потом поднимала ее и смотрела, раскололся орех или нет. Пересмотрела «Щелкунчика», что ли? Я накричала на маму, попытавшуюся всего лишь стереть пыль с Разини. Потом я оставила ноут работать ночью, чтобы скачать бабушкин сериал. Разиня нужды старшего поколения в искусстве не понял, и сам себя отправил в гибернацию, откуда я так и не смогла его вывести. Гриша по телефону долго, но красноречиво молчал...
Я пошла на крайние меры: проконсультировалась у специалиста по особой компьютерной магии, повесила на крышку ноута амулет, нарисовала руны на каждой клавише и вокруг монитора, приобрела волшебный коврик под мышь, вместо стикера «Это мой!» повесила заклинание, начинающееся со слов «Именем Будды, Аллаха и Билла Гейтса». Результат поразил – крышка стала скрипеть, мышь - пищать при работе, а клавиши с рунами - залипать, так, что приходилось отковыривать их стамеской.
Починив все в очередной раз и узнав, как назвала ноут, Гриша настоятельно порекомендовал подарить его врагу, а себе купить новый. Я сказала, что подумаю. Через день Разиня отказался открывать что-то кроме игрушек на радость моему брату, убившему и неубиваемого Терминатора, и мимоходом починенную Принцесску. Я плюнула и отдала ему адскую машинку насовсем, злорадно полагая, что нечего мне одной мучиться. Братец заперся с ноутом в своей комнате, и вот уже две недели мы встречаемся только на кухне, причем на лице мелкого всегда довольная улыбка. Видимо, два разини все-таки смогли договориться.
На днях куплю себе новый ноут, хочу назвать его Самым Надежным Компьютером В Мире или Божественной Машиной. Нет, божественной лучше не буду - мало ли что...

1.10.12



Всегда рядом.
 
ТриллвеДата: Понедельник, 24.12.2012, 22:36 | Сообщение # 10
Полковник
Группа: Модераторы
Сообщений: 247
Награды: 12
Репутация: 40
Статус: Offline
sun :)
Как замечательно дракон разобрался с принцессой!


Сообщение отредактировал Триллве - Понедельник, 24.12.2012, 22:37
 
LitaДата: Суббота, 28.12.2013, 10:21 | Сообщение # 11
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
О ВЕРЕ И НЕВЕРИИ


Был где-то город с тысячью Вер. Люди, которые там жили, не ссорились друг с другом из-за того, что у каждого - свой собственный Бог и охотно беседовали, сравнивая религии. В городе хватало места для всех - людей и храмов. И времени для бесед хватало тоже.
И только один человек, кажется, ни в какого бога не верил. Он не посещал храмов и святилищ, не молился, не говорил о своей Вере, и соседи, приходя занять соли или муки, не видели в его доме ни икон, ни статуэток богов, ни Святой Книги, какая почти у всех лежала на видном месте. Это страшно волновало и беспокоило соседей не верящего, и потому каждый выбрал время, чтобы рассказать ему о своей Вере, конечно же самой лучшей. И он ответил каждому. Поклоннику Бога-Отца, обещавшему, что с его Богом человек научится прощать: «Почему я должен учиться лишь прощению и лишь у одного, когда могу и хочу всему и у всех?». Тому, кто верил в Изменяющегося и Неуловимого Бога, обещавшего свободу от суеты: «Нельзя быть свободным от нее, ведь суета - это движение, а не двигаться значит не жить». Богу Многих Запретов и его апологету сказал: «Некоторые из тех запретов давно устарели. Для чего мне твой вчерашний Бог?». И после его ответов ни у кого не находилось уже слов о Боге.
Вскоре все соседи махнули на него рукой - пусть живет, как хочет. И только четверо, самые упрямые, отправились в свои Храмы и попросили каждый собственного Бога вразумить несчастного, ведь, в самом деле, нельзя же жить, ни в кого не веря!
Их просьбы были услышаны. Однажды, ранним утром, в дом не верящего постучались. Когда человек открыл, он увидел Сияющее Существо.
- Я - Бог, - сказало оно, - и хочу знать, почему не веришь в меня.
- Потому что вижу тебя впервые, - ответил хозяин дома.
- Разве это важно? - удивился Бог. - Ты слышал обо мне не меньше тысячи раз!..
- Скажи, почему ты постучал? - спросил человек, невежливо перебив небожителя, - зачем понадобилось, чтобы я открыл? Разве это важно? Ты наверняка тысячу раз делал вещи куда более сложные!
- Ни один Бог не может войти, пока ему не разрешат, в дом или в сердце, - Бог помолчал. - Я понял. Ты не можешь мне разрешить, ведь место в твоем сердце занято, но мне интересно, сам-то ты понимаешь, чем оно занято?
Хозяин дома кивнул с улыбкой, и Бог ушел.
Этим же днем не верящий работал на своей земле, и, надо сказать, работа была из самых неприятных. Он перекапывал землю там, где год от года вырастала жесткая режущая руки, трава с упрямыми нитями корней, которые невозможно целиком достать из земли. А стоило оставить хоть один – и сорняк вырастал вновь. И вот какой-то прохожий остановился y забора, за которым трудился не верящий, и предложил помощь, тут же принятую с благодарностью. Весь день они пололи и копали, копали и пололи, а вечером человек угостил помощника хорошим ужином.
За едой они разговорились.
- Жаль, что некоторые вещи нельзя сделать один раз и навсегда, - вздохнул неверящий, - и через месяц трава будет на том же месте.
- Тогда зачем ты так старался сегодня? - спросил его помощник.
- Просто не умею делать что-то наполовину. И если не делать как следует или вообще – то в следующий раз будет гораздо труднее. И даже если не получается, обязательно надо пробовать, ведь иначе так ничему и не научишься.
Гость отставил пустую чайную чашку.
- Я вообще-то Бог, - сказал он, - и хотел переманить тебя к себе, но теперь понимаю: больше, чем уже есть, я не могу тебе дать.
И этот Бог тоже ушел, но сначала они еще поговорили, и то была очень приятная беседа.
Ближе к полуночи, когда человек собирался спать, он услышал красивую музыку на улице. Негромкую, но такую привлекательную, что сначала выглянул, а потом вышел из дома и отправился на поиски музыканта, ведомый чудесным звуками. Музыка, то отдаляясь, то приближаясь, манила и вела все дальше, пока не верящий не оказался на высоком холме, где увидел сидевшую на камне девушку со свирелью.
- Подойди, не бойся, - сказала она. - Хотя я и Богиня, но не против небольшой непочтительности.
Он приблизился и сел на траву рядом с ней.
- Пожалуйста, сыграй еще, - попросил он,- я шел долго и очень устал, а твоя музыка словно вливает в меня силы.
- А что дашь мне, если сыграю? - спросила девушка.
- А разве Богине нужно хоть что-то? - удивился человек.
- Маловато ты знаешь о Богах, а все равно судишь, - упрекнула девушка, - некоторые вещи можно только сделать самому, а другие – получить в дар. Это слегка досадно, но и забавно. Я сделала Красоту и подарила тебе, и теперь жду, что дашь мне свою верность, присоединившись к моим людям, каждый из которых постоянно слышит красивые мелодии.
- А ты отпустишь меня, когда захочу уйти? - спросил странник. - Ведь рано или поздно надоедают даже самые красивые мелодии, особенно если они звучат постоянно.
Богиня посмотрела на него обиженно:
- Как ты смеешь оскорблять меня? Я никого не отпускаю и еще не случалось, чтобы кому-нибудь надоела!
- Я вовсе не хотел тебя обидеть, - заметил не верящий смущенно, - просто сказал правду.
- Правду? Кому нужна правда, которая так некрасива? Если вся она у тебя такая, ты просто не подходишь мне! - и Богиня исчезла.
Человек в самом деле очень устал в пути и никуда не хотел идти, не передохнув. Он подумал развести костер - летняя ночь оказалась прохладной - но упала роса и собранные ветки никак не хотели гореть – даже те, что казались сухими. Не сумев сделать огня, не верящий огляделся с вершины холма и заметил невдалеке свет окон какого-то селения. Едва путешественник решил, что сможет туда дойти, и спустился с холма, как откуда-то притёк туман, в котором утонул весь мир. Страннику ничего не оставалось, как идти в выбранном направлении, или просто идти. Вскоре он набрел на тропинку, которая привела к озеру. Человек обошел озеро и направился дальше, но заплутал в тумане и снова вернулся к темному и словно мерцающему водоему. И так много раз подряд, пока не понял, что вот-вот упадет от усталости. Тогда он сел на песок, разулся, чтобы дать ногам отдохнуть, и стал смотреть на воду. Озеро и правда мерцало, и с каждой минутой все сильнее и сильнее. Не верящий не утерпел и, наклонившись над водой, посмотрел, что же так сияет в ее глубине? Конечно, странник увидел лишь отражение – лицо усталого человека, некрасивое, потное, грязное. В тот же миг мерцание озера погасло. Путник посидел еще немного, обул туфли и снова отправился в путь в поисках дороги домой.
Спустя недолгое время он заметил, как впереди него то появлялся, то пропадал темный силуэт. Какое-то животное, похожее на собаку. Стоило подумать о собаке, как странник услышал негромкий лай и решил – раз тут чей-то пёс, то и человек, его хозяин недалеко, или человеческое жилье. Надежда придала ему сил. Странник ускорил шаг, хотя уже не видел силуэта и не слышал собачьего лая, и вскоре и в самом деле вышел к селению, по пути подобрав потерянный кем-то красивый шарф. Яркая вышивка привлекала взгляд, и странник любовался ею, пока шел, но сразу же отдал женщине из селения, сказавшей, что это ее вещь. К тому времени солнце встало, и туман исчез. Не верящий немного отдохнул в доме хозяйки шарфа и отправился домой по знакомой ему дороге.
А в доме своем, едва переступив порог, человек увидел гостя, который сидел за столом.
- Заходи, - сказал он, когда хозяин остановился на пороге, - я жду тебя. Я Бог.
- А мне сказали, никто из вас не может войти без приглашения, - заметил человек, закрывая за собой дверь и проходя в комнату.
- Я один из тех, кому невозможно отказать, - туманно ответил Бог, - и ты много раз доказал это сегодня.
- Доказал? Но как?
- Об этом я и хочу поговорить с тобой, - кивнул Бог за столом.
Хозяин дома сел тоже.
- Не может ли разговор подождать? – спросил он. - Я очень устал и хочу спать.
- Боги не могут ждать, как люди, - качнул головой гость, - впрочем, и люди не всегда могут. Я слышал все, что ты говорил о себе и то, что говорили другие и понял - у тебя все-таки есть собственная вера. Но любую веру, и особенно такую, как твоя, обязательно нужно проверить. Но если ты веришь, что надо пробовать, почему не пытался снова и снова зажечь мокрые дрова?
- Это бессмысленно, - ответил человек, - и есть другой путь. Если б не было, то я, наверное, все-таки занимался бы дровами до самого рассвета.
- Хорошо. Вернувшись в очередной раз к озеру, ты позволил себе поблажку – отдых. Это было важно для тебя, но от отдыха тебя отвлекло твое собственное любопытство, заставившее заглянуть в озеро. И что же ты там увидел? Правду, как она есть, себя самого, и правда тебе не понравилась.
- Но она же заставила меня продолжить путь, - признался не верящий. – Правда вовсе не должна нравиться, но обязательно должна работать.
- Пускай так. Но потом ты увидел в тумане силуэт, решил, что это пес, услышал лай и припустил, словно обрел новые силы. А ведь все это был лишь самообман. И еще – по дороге ты нашел красивую тряпку и любовался ей, забывая и о цели пути, и о своей усталости – а потом легко отдал нравящуюся тебе вещь первому, кто сказал: «Она моя!». Ты все время меняешь свои мысли и желания. Потакаешь им так легко, словно уже веришь в меня, Бога, который правит чувствами и желаниями людей. И я радовался бы, если бы не понимал – с такими привычками и возможностями тебе самому впору быть Богом…
- Может это уже так, - сказал хозяин дома и зевнул. – Откуда мне знать? Или я точно стану им, когда высплюсь.
Бог тоже зевнул… и понял, что попал под влияние не верящего, который и сам не знает, кто он. И ему пришлось уйти, пока не вышло конфуза, ибо он не хотел стать первым богом, который начал бы верить в человека.
А человек… Он и в самом деле выспался, но ни сразу, ни потом, не думал о богах и вере, а просто жил как умеет и может, и был счастлив.
26.12.13



Всегда рядом.
 
LitaДата: Четверг, 07.08.2014, 17:06 | Сообщение # 12
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
В соавторстве с Marita

Совиные перья

1.

…А каждую ночь она становится совой. Открывает окно – благо последний этаж, тяжелым, человечье неповоротливым телом переваливает через подоконник – и превращается, на лету, уколотая луной, ныряя в волнами накатывающую тьму – обрастает когтями и перьями, памятью о мокрой траве и вкусе древесной коры, слышит писк убегающего зайчонка и тонкое тявканье лисы… Меняется. Ловит крыльями струны электропроводов, путает нити и звуки, паутина мелко дрожит на холодном ветру.

Прячется. Пробует ночь на коготь и вкус. Ночь обволакивает черно-соленой волной, кристаллами звезд растворяется в небе. Скоро рассвет – раскаленно-алый, распахнутыми крыльями бабочки трепещет над крышами, надо успеть, надо много успеть до того, как черное станет белым и ночь будет выжжена до уголька. Успеть. Превратиться. Летать.
…А утром мать вновь видит на подушке совиные перья.

2.

…А днем я становлюсь человеком. Никаких полетов. Ни ночных охот. Ни гулкой тишины леса с вкрапленными в нее звуками – такими же неожиданными и привычными, как огни над головой. Звезды, да. Кто бы ни повесил их там, он убирает их обратно, когда встает солнце. Еще и за это не люблю день. Мне просто некуда смотреть и нечего слушать. Поэтому я сплю.
Человеком… Ну это просто когда все по-другому. Я помню кое-что и это кое-что удивляет. Например – по большей части не смотришь, хотя есть на что. Ну или не видишь, потому что некогда видеть. И со звуками все наоборот – надо не слушать, но слышать, чтобы лишнее не проникло в твой внутренний мир. А иногда так: наполняешь себя звуками снаружи, чтобы не слышать того, что внутри. Вот два понятия, неизвестные ни одной порядочной сове – «некогда» и «лишнее». Каждый раз хочу разобраться, зачем они, и либо не успеваю, либо находится что-то важнее.
А летать очень хочется. Даже по такому небу, где нет звезд. Наверное, это странно. И когда случается перерыв, передышка в человеческой суете, я могу закрыть глаза и в наступившей темноте снова почувствовать себя совой. Если это и называется «мечтать», то получается – у людей тоже есть какая-то «ночная» жизнь, вторая половина, когда они уже не они, а кто-то еще - такие, о каких мечтают? Значит люди тоже странные.
Охотиться все-таки можно, только иначе. Нужно всего лишь вести себя как охотник… Привлекать внимание поведением, словами, одеждой. Всем. Использовать ловушки. Догонять и убегать. Искать… Это больше игра, и в ней не убивают. То есть так, как это делают совы. Но есть что-то другое, и оно серьезнее, глубже. Больнее. Больнее, чем когти, вонзившееся в трепыхающееся тело, я думаю, хотя обычно это я вонзаю, а не в меня. Просто смерть – это один миг. А в другой охоте она длится долго. Иногда годами. Иногда это называется «любить», иногда – «ненавидеть». Разными словами, которые я тоже не всегда понимаю. Но однажды я почувствовала… Или почти почувствовала. Когда сама была дичью, а не охотником. Недостаточно увидеть, чтоб понять, а надо еще и почувствовать. Хоть что-то. Это как пробуждение ночью, после того как ты был кем-то другим, как снова стать собой. И не кажется странным.
Но когда закончится мой день и начнется моя ночь, я не буду думать об этом. Я буду летать, охотится и смотреть на звезды, как и положено сове. И отдыхать от своей человеческой половины жизни, зная, что никуда от нее не уйти. Но, в конце концов, должно же хоть что-то в этом странном мире быть нормальным…
11.01.14 г.



Всегда рядом.
 
LitaДата: Четверг, 07.08.2014, 17:08 | Сообщение # 13
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
В соавторстве с Betty.

Про Истину

Жила-была старая-престарая Истина. Такая старая, что все о ней уже забыли, навещать не приходили, думали, померла давно, да и сама она уже с трудом могла вспомнить собственное имя. Правда, выглядела она неплохо, хоть и была старая, и не удивительно, что однажды в нее влюбилась Ложь. Что именно привлекло ее к Истине, оставалось загадкой и для самой Лжи: то ли строгая красота Истины, то ли несходство их характеров. Полные противоположности, как известно, притягательны друг для друга.
И вот начала Ложь ухаживать за Истиной по всем правилам: а если не знала правил, то просто их выдумывала и говорила, что именно так и надо. Истине же, давно уже обделенной вниманием, было все равно, как «надо», главное - почувствовать чужое небезразличие.
И так ей нравилось все это - и цветы с конфетами, и прогулки под луной и прочее, что Истина почти забыла, кто она такая, но только лишь почти: однажды она, отложив в сторону очередной подарок, спросила:
- А почему ты все это делаешь?
- Почему?! - Ложь удивленно-возмущенно приподняла брови. - Разве ты сама еще не догадалась? Я испытываю к тебе сильные чувства! - Ложь всегда была уверена в своих словах и свято верила в них, иначе как ей прожить на белом свете?
Истине намного сложней - она всегда сомневалась.
- Какие именно чувства? - тихо спросила она.
Ложь совершенно обиделась - она по природе своей была очень чувствительной.
- Вот уж не знаю, как ты, а я называю чувство, которое заставляет как делать глупости, так и совершать подвиги, Любовью!
- А твои ухаживания - это что: глупости или подвиги? - поинтересовалась Истина, она вовсе не ёрничала, ей просто требовалось понимание самой сути вопроса.
- Судя по всему и то и другое! - Ложь задумчиво помолчала. – Выходит, зря я дарила тебе все эти красивые и вкусные вещи: чтобы тебе понравиться, нужна только правда. Но у меня ее нет и не может быть.
- Ну почему же, - ответила Истина, чуть смягчившись. - У каждого есть своя собственная правда. Это я - одна на всех.
- Одна для всех! - взвилась Ложь. – Это невозможно! Нельзя любить то, что принадлежит всем! Нельзя любить всех - могучая река, разбитая на множество каналов, превращается в болото! Я выбираю только то, что принадлежит мне и только мне - любовь, ли ненависть, но все мое, без остатка!..
- А знаешь, - спокойно перебила Истина, - я видела истинную Любовь и она совсем не похожа на то, что ты описываешь.
- Я - Ложь! - гордо ответила собеседница. - Откуда у меня быть иной любви, кроме ложной?
И она презрительно фыркнула и отвернулась. Но внезапно в ее голову пришла одна мысль - Ложь вообще легко изобретала аргументы в самых трудных спорах - и с кошачьей грацией она скользнула к Истине совсем близко, заглянув той в глаза, ласково спросила:
- А ответь мне, о непогрешимая, если ты знакома с истинной Любовью, то как вышло, что, когда я увидела тебя впервые, ты сидела на своем обветшалом крылечке совершенно одинокая и всеми позабытая?
- Я ведь говорила, что Истина для всех одна. Но ты почему-то услышала только «для всех». И потом эта любовь, хоть и истинная, была не моя, правда она, как все истинное, мое дитя...
- О ужас! - возопила Ложь окончательно разочаровываясь. - Мало того, что ты общая, так у тебя еще и дети!
И она поспешно бежала прочь - как всякая Ложь бежит от Истины, как всякий, любящий себя от того, кто знает, что такое истинная Любовь.
9.06.14 г.



Всегда рядом.
 
LitaДата: Понедельник, 19.01.2015, 11:34 | Сообщение # 14
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
Школа

…А после уроков было весело. Ученики высыпали во двор, побросали сумки и затеяли свою обычную игру.
- Чур, я буду человеком!
- Нет, я!
- А чего ты? Ты был в прошлый раз!
- Ну давайте оба, какая разница-то?
Близнецы Ен и Омэ всегда делают вид, что вот-вот подерутся, а рыжий Хейм - что мирит их. Немного притворства – вовсе не грех для будущих творцов.
Один из близнецов надувает щеки и делает руками забавные пассы – именно так дети представляют себе сотворение человека. Второй зачем-то садится на корточки, опускает голову и закрывает ее руками, словно прячется от чего-то.
- Встань и иди! – возглашает Омэ, простирая над ним ладонь. Слова из совсем другого сценария.
Ен поднимает голову, оглядывается, чуть удивленно, встает.
- А что тут такое? Кто я и кто ты?
- Я твой создатель, повинуйся мне! – отвечает Омэ и снова важно надувает щеки. – И не задавай вопросы! Это грех любопытства!
Хорошая игра. Они представляют себе то, чего ни разу не видели и пытаются его понять – а значит, им будет легче, когда столкнутся с по настоящему непонятным.
Впрочем, я же не ради игры вот уже полчаса торчу у окна. Ищу взглядом других. Иногда нахожу. Од – как всегда с книжкой. Не то. Артемия снова спорит с Туром. Тоже не то, хотя эти могут подраться всерьез. Фреа теребит… забыл как зовут новичка. Какое-то сложное имя, или наоборот слишком простое.
- Ну давай поиграем!
- Не хочу.
- Почему не хочешь-то? Это же интересно.
- Чего интересного? Щас в это играть, потом это работать. Не буду.
- Как не будешь? – у девочки стали огромные глаза, кажется, сейчас заплачет. – А кем будешь?
- Кем-нибудь. Какая разница? Отстань!
А я мысленно прошу Фреа – не отставай. Может быть, его еще можно расшевелить. Потому что ничего не хотеть – плохое начало.
Фреа словно услышала меня – тормошит новичка, дергает его, задает какие-то вопросы. Вот, увлекла в круг, где пусть не играют, но обсуждают, кто каких людей создаст. За некоторые выдумки надо бы сделать им замечание… Но выдумывать невозможное – не грех тоже.
И хорошо, что они пока не знают: людей не создают. Они получаются из таких, как мы, из тех, кто не хочет ничего делать. Лень – страшный, непередаваемый грех для любого творца. И в своей человеческой жизни лентяям придется много работать, чтобы получить нужный навык и заслужить право попробовать еще раз.
Впрочем, есть и другой путь – служить учителем. Он для тех, кто рождается калеками среди творцов и не может творить.
Но я хотел бы попробовать стать полноценным человеком, раз из меня не вышло полноценного бога.
14.01.15 г.



Всегда рядом.
 
LitaДата: Четверг, 29.01.2015, 15:55 | Сообщение # 15
Друг
Группа: Администраторы
Сообщений: 8840
Награды: 167
Репутация: 159
Статус: Offline
Когда придет свобода

Мир вокруг был его Чистилищем – и не только его. Но сейчас именно он бежал, спасаясь от зверей, которые спешили следом, искушали, обещали рай. Погоня. Со всех сторон - цепкие лапы, горящие взгляды, – яркие картинки и лающие голоса, манящие, несмотря на всю свою мерзкую навязчивость. Он закрывал глаза и затыкал уши, перелезал через заборы, на чью-то частную территорию, останавливался передохнуть в «слепом пятне» квартала праведников, где нет зверей. Жалкие клочки земли с домами-коробками, в которых живут нищие. Он не смог бы так, даже если б захотел. Носить тусклые платья, варить на ужин похлебку, которая пахнет отвратительнее, чем последние духи из серии «Мизерабль», и после сорока лет каждый день ждать от Человеческой Службы, которая о тебе заботится, предложения совершить «Последнее Путешествие», из которого не возвращаются. Они не хотел так. И продолжал спасться бегством.
Немного помогало сместить точку восприятия; тогда он переставал видеть вокруг чудовищ и думать о грехах и Чистилище и мир становился простым. Мир, где получить средства к существованию можно было только делая хорошо что-то плохое, так или иначе продавая себя, греша. Где, если у тебя есть деньги, то ты становишься объектом необъявленной охоты и стоит выйти из дверей дома или офиса как оказываешься в цепких лапах рекламных агентов, предлагающих все прямо сейчас. Они всегда знали, достаточно ли у человека «грехов» на счету и никогда не приставали к нищим. Как он вляпался во все это? Как и все – просто родился. И закончить можно было только умерев. Но он нашел и другой способ. Скоро придет свобода и ему больше не понадобится ни бегать, ни менять восприятие.
У дверей Корпорации Идей его поджидали худшие из «зверей», предлагавшие то чего он не имел уже давно: крепкий сон, надежное вложение «грехов» и гарантированный завтрашний день. Он отмахнулся и юркнул в дверь, шумно захлопнув ее за собой. За что заработал неодобрительный взгляд охранника у дверей и сочувствующий - девочки у стойки справочной службы. Он поправил галстук, зачем-то откашлялся и шагнул к терминалу Заявок.
Кнопка один: получить патент на Идею. Он изложил ее в нескольких словах и тут же получил карточку с золотыми углами, вышедшую из щели терминала. Кнопка два: вызов меню. Пункт «подать новую Идею». Вставить карточку в патентоприемник, позволить ей скользнуть в нутро машины. А потом ждать.
И думать. Странно, что никто об этом не подумал до него… Производители услуг и товаров не использовали для своей выгоды сон. Не потому что невозможно – встроенные в домашние и общественные визоэкраны излучатели могли отправлять информацию прямо в мозг. Просто человека во сне легко было заинтересовать любым товаром или услугой, но проснувшись, он не помнил о своем интересе. Мир сна жил по своим законам.
Но можно подчинить его общим. Считать купленное во сне приобретенным реально и снимать деньги со счета спящего, а в случае возражений предоставлять услуги и товары. Вот что он предлагал.
Зеленый экран вспыхнул серебристой надписью: «Какую оплату желаете получить?»
Получилось! Еще не веря, он напечатал: «Пожизненную свободу от зверей» - стер последнее слово и вместо него написал «от рекламы». Экран мигнул. «Поздравления! С завтрашнего дня вы…» Дальше он читать не стал. Победа!
Он постоял еще немного, размышляя, не мало ли запросил. Мог пожелать много денег – но не хотел рисковать. Корпорация почти всегда ухитрялась отсудить свои деньги обратно у счастливчиков, загнавших Идею за наличные - придравшись к какой-нибудь мелочи, или к тому что патент выдан ошибочно, потому что подобная Идея существовала еще до регистрации Идей… Хорошо если не приходилось в итоге выплачивать компенсацию.
Потребовать дом в лучшем районе? Чтобы оплачивать его, нужны деньги. Престижное место, например, работу в той же Корпорации? До первого нарекания, после которого он будет уволен без пособия. Он попросил бы бессмертия, если бы оно существовало, или вечного здоровья. На худой конец – пожизненный медполис. Но все, что будет стоить Корпорации больших денег, рано или поздно могут отнять. А так его просто внесут в особую базу данных, сделав «слепым пятном» для рекламщиков, каким был квартал неимущих. Нет, все правильно и хорошо.
Он вышел на улицу, улыбаясь до ушей. Мир - при любом восприятии - был прекрасен. Весь, от серо-желтого от смога неба до лиц хмурых прохожих. И даже звери-рекламщики… Они тоже были прекрасны. Ведь сегодня он в их власти в последний раз. И может, нет, должен, выбрать одно из искушений, которое поможет ему не спать ночью, чтобы не накупить во сне всякой дряни. А завтра придет свобода.
«Звери» словно почувствовали его решимость – не стали набрасываться, а чинно, по одному, подходили к нему и предлагали…
...райский экстаз в каждом звуке.
...путешествие на край света, созданный специально для него.
...истину из первых рук.
...близкие контакты любого вида.
...запасную душу с возможностью заменить ее в любой момент, гарантия и возврат некачественного товара.
…чужую, более яркую, судьбу.
И многое другое, о чем он никогда не слышал, потому что не прислушивался.
Он еще раз улыбнулся и сделал свой выбор.

…Купленное «искушение» не давало ему спать почти сутки, но потом он провалился в сон, а проснулся от холода – отключилось отопление. Инфоэкран на стене краснел буквами: «На вашем счету недостаточно средств, чтобы оплатить проживание. Пожалуйста, покиньте помещение». Ничего не понимая, он активировал меню кошелька. Пусто. В листе расходов стояли четыре услуги и два товара, которых он и в глаза не видел. Впрочем, нет, видел. Ему снились эти покупки, снился Аукцион Товаров и Услуг и толпа рекламщиков. Но ведь он не должен их видеть - он купил это право за Идею, а Принцип Иммунитета гласил, что автор идеи пожизненно свободен от последствий реализации идеи! Поэтому человек, который придумал брать налог за цвета, может носить яркую одежду и покупать раскрашенные вещи безо всякого налога. А тот, кому пришло в голову, что нищим после сорока надо предлагать «Путешествие» прожил долгую жизнь. Правда, этот человек, наверное, не был нищим. Так почему?..
Разобраться ему не дали – отключили свет. Пришлось уходить, прихватив с собой узелок с личными вещами и документы.
Рекламщики к нему не приставали, значит, Корпорация все же внесла его в особый список. В чем же дело и где ошибка? Он подошел к обшарпанной уличной информ-машине. Напечатал в строке поиска информации «сон и реклама», просто потому что не знал, что искать. Приготовился просматривать сотни заголовков сотен статей.
Но хватило одного – и он мог не искать, если бы обратил внимание на блок с новостями, где красным по серому был написан ответ на все его вопросы. Изменение в Законе. Со вчерашнего дня сон больше не считался жизнью. Как раньше, в древние времена. Это всегда был лишь миф или теория, и вот она якобы получила научное подтверждение. На основе его и было внесено изменение. Сон – не-жизнь, и на него не распространяется купленная за Идею пожизненная свобода. Все было напрасным. Он просто выпустил в мир еще одного зверя.
Что дальше? У него нет дома, но есть работа и возможность получить за нее плату. Переночевать сегодня придется в «мотеле на доверии», где можно заплатить через неделю, правда, такой мотель наверняка клоповник. Но во сне к нему снова придут звери, заставят что-нибудь купить и ввергнут в долги. Пока у человека есть хоть что-то, хоть одна монета или бумажка честно или не очень заработанных «грехов», его будут преследовать. Как грешника в Чистилище. А может, он путает его с Адом.
Он брел по улицам в никуда, свободный от всего, кроме правды и долгов. Да есть ли вообще на свете такая свобода, чтобы никому и ничего не быть должным? Разве что нищие, которых он называл «праведниками», никому не должны, потому что никому не нужны.
Он вспомнил тихий, черно-серый квартал неимущих, одинаковые маленькие дома, а каждом из которых едва может поместиться один человек. Но на территории праведников его не достанут во сне, туда не направляют лучи рекламных вышек и не посылают зверей. Только чтобы жить там надо быть нищим, не иметь денег-«грехов» на счету и не иметь работы.
Он остановился посреди улицы. Наверное, это был выход. Бросить работу и поселиться там, где он будет действительно свободен. Пусть и недолго, до сорока лет ему осталось только пять, и значит, однажды ему предложат дорогу в один конец. Но время у него будет.
Он оглянулся, ища вывеску ближайшего «мотеля на доверии». Пусть сегодня ему приснится побольше зверей и пусть он купит у них побольше товаров. Чем быстрее он потратит будущий заработок, тем быстрее освободится от своей старой жизни. А еще он может покуражиться напоследок и наделать долгов, которые не станет выплачивать – с нищих не спрашивают денег, за них платит Человеческая Служба. Уже завтра он бросит заявление об уходе на стол боссу. И больше никаких грехов в этом Чистилище и никаких зверей.
Он усмехнулся. Вот она, свобода. Говорят, не стать праведником из-под палки? Тот, кто так говорит, просто не пробовал.
20.01.14



Всегда рядом.
 
Форум » ...И прозой » Горькие сказки » Карманное (миниатюры)
Страница 1 из 3123»
Поиск:


Copyright Lita Inc. © 2017
Бесплатный хостинг uCoz